Остальные на всей скорости врезались им в спины. Началась куча-мала: монстры визжали, рычали, безудержно атаковали друг друга.
А затем вспыхнули яростным пламенем.
Визг стал ещё громче. Оборотни бросились врассыпную… Так и умерли на бегу. Упали и начали превращаться в дроллей — расу проклятых эльфов, вступившись на путь демонопоклонничества и потерявших разум и красоту.
Но приобретших звериную мощь.
— Это… впечатляет… — удивлённо пробормотал Игнатов, во все глаза пялясь на обгорелые трупы. — В мгновенье ока…
— Бесполезные туши, — хмуро проговорил я.
Чипсы восстановления из сердец дроллей не сделаешь, ибо генетически это не монстры.
Мотнув головой, я отбросил досужие мысли и огляделся. Потрогал туман, опоясывающий границы аномалии. Твёрдый. Отлично, аномалия заблокировалась, и теперь монстры из неё больше не будут лезть в Новосибирск. А с теми, которые уже вылезли — справятся мои ребята.
По последним данным на севере от аномалии сейчас творится тот ещё ужас.
И всё-таки странная какая-то аномалия.
Неоднородная она, что ли… В ней будто бы энергия беснуется, будто бы разные энергии борются друг с другом.
А может быть, и жители аномалии сражаются друг с другом?
И монстры разных типов — тут дролли-оборотни, а на севере всякие тлеющие полусгнившие твари.
«Вокруг входа только смешанный лес и эти волко-твари, оппа. Из примечательного — сосна метров триста высотой. Ну ты её и так видишь».
«Вижу», — отозвался я, глядя перед собой. Лесок и правда красивый. Вот бы пикник в таком устроить, грибочков пособирать, шашлычки пожарить…
«Там дальше ещё такие громадины есть.
Но я туда сейчас не полечу, возвращаюсь. А то к вам целая стая бежит, не хочу пропускать веселье».
«Хорошо».
— Огромная аномалия, — проговорил я.
Игнатов встрепенулся и уставился на меня. Затем напряжённо кивнул.
— Да, учитывая её размеры в нашем мире, страшно представить, сколько времени у нас уйдёт, чтобы закрыть её.
Не сдержавшись, я весело усмехнулся. А затем легко произнёс:
— Гляжу, ты уже настроился на победу и больше не думаешь о том, чтобы героически сгинуть в Апокалипсисе.
Игнатов уставился на меня во все глаза. Ну и видок у полковника — будто бы усатый пенсионер попал на концерт молодёжных групп, исполняющих альтернативу.
— На лице у тебя всё было написано, когда я обогнал тебя в Новосибе, — хмыкнув, пояснил я. Рассказывать о том, что я тупо почувствовал сильные эмоции Игнатова, я, разумеется, не стал.
— Да-а-а… — протянул он и усмехнулся.
