Нам нужно сделать это во что бы то ни стало. Мы с вами можем сражаться с монстрами, но подавляющее большинство людей — нет. Помните об этом. А ещё не забывайте о том, что Касимовские и их прихвостни будут пытаться вам ставить палки в колёса. А то и вовсе открыто идти против вас. Это недопустимо. Что бы они вам ни говорили, на какие бы царские указы ни ссылались, вы — мои люди. Вы служите мне! Ни империи, ни чиновникам, а именно мне! И моей семьёй! Всех других вы должны слать нахер! Не бойтесь этого делать — род прикроет! Если потребуется, за своих людей я буду сражаться с кем угодно! Делайте то, что говорю вам я и ваши командиры! И больше никого не слушайте!
Сжав зубы, я улыбнулся и поднял к небу кулак.
— ЗА РОД БЕЛОЗЕРОВЫХ!!! — заревел во всю глотку Батуми.
— За Максима Константиновича!!! — поддержал его Петя Воробьёв.
— За нашего Господина!!! — выкрикнула Пожарская.
— За госпожу!
— Да!!!
— В бой!!!
Буйные эмоции, шедшие от моих воинов, переполняли меня. Я не мог перестать улыбаться, насколько они были чистые, искренние и светлые.
— Отлично, ребята! — проговорил я, когда крики начали стихать. — Защитите наш город. И наш род! Батуми, командуй. У тебя, между прочим, двойная мотивация.
— Э? Не понял, командир, — усмехнулся лысый военачальник.
— Ах да, — улыбнулся я, — ты ж в командировке был. Не успел я тебе дар вручить. Вот сейчас и вручаю. Сеть ресторанов «Хинкали от Лали» теперь твоя. Развивай, приумножай. После битвы бумаги получишь.
— Э… не-не-не, какой из меня делец, командир! — возмутился он, повеселив бойцов своей реакцией.
— Поздно, дружище, всё уже оформлено, ты уже награждён. К слову, один ресторан как раз находится там, куда рванули монстры.
— Что??? — взревел Батуми.
Бойцы засмеялись. Кто-то скажет, я сбил им весь настрой. А вот и нет! Я сказал своим воинам то, что хотел сказать. Сказал от чистого сердца. Они меня услышали и поняли. Но я не хочу, чтобы они шли в бой как заряженные фанатики. Я — Вольный Воитель. Мы управляем своими эмоциями, используем их.
И не даём им себя подчинить. Мы всегда остаёмся собой.
Примерно того же мне и хочется от своих воинов.
— Командуй, Батуми! — громко повторил я. — А я полетел.
Я повёл рукой, и перед гвардейцами появилась красивая мохнатая огненная дракониха. Красуясь перед публикой, Фая заревела и выпустила в небо столб огня."
"На сцену вскочила Кристина и, подавшись вперёд, крепко обняла меня.
— Я знаю, что ты задумал… — тихо зашептала она, прижавшись ко мне всем своим телом.
