И всё это только лишь с одной целью, что этот дневник, не весь, а только его часть попали в руки вождя дроу, в котором текла кровь королевской династии эльфов. Получив часть этого дневника, дроу начал свою игру мечтая о реванше. Соответственно, Богиня Зари, ощутив, что её единственному потомку принцессе Александре, ныне королеве Аквитании, угрожает опасность гибели, привела в этот мир меня. Я являлся единственным потомком всей, той цепочки своих предков, которых формировало Сердце на протяжении тысяч лет.
— Но почему Сердце само не привело тебя в наш мир, Лис? Без всей этой… этого мятежа? — Задал вопрос Эмиль.
— Я не был его стражем и общаться со мной напрямую, оно не могло, поэтому нужен был проводник, роль, которого и выполнила Богиня Зари.
— Папа! — Эллия была взволнована. — Скажи, получается, что принцессы Аквитании были лишены выбора, кого любить? Они не могли полюбить кого-то сами по велению своего сердца, а вынуждены были любить того, кого им определяло Сердце Мира? Значит, и ты с мамой, и я со Святославом, мы всего лишь его марионетки?
— Ничего не получается, дочь моя.
Ты меня невнимательно слушала, Сердце может усилить влечение двух влюбленных! Заметь, Эля, ДВУХ ВЛЮБЛЕННЫХ! Оно может так же снизить степень негатива друг к другу, когда два предназначенных друг другу человека встречаются. Особенно если их первая встреча происходит не совсем, так сказать благоприятно. Например, как у нас с твоей матерью. — Александр посмотрел на супругу. — Я ведь прав, дорогая?
— Прав! Ты меня обозвал тогда чучелом! Алисия не даст соврать! Её ты тоже также обозвал, а ещё курицами и предложил нам в довольно грубой форме исчезнуть!
— Сдернуть?!
— Да, именно так ты и выразился.
Я до конца жизни тебе этого не забуду. А потом, когда я сказала тебе, что являюсь принцессой Аквитании, начал издеваться и глумиться. А после того, как я хотела дать тебе пощёчину, ты грубо схватил меня за руку и пообещал задрать подол моего платья и выпороть по розовой заднице своим ремнем.
Молодежь смотрела потрясённо на обоих царственных супругов, переводя взгляд с королевы на кронпринца и обратно. Особенно была впечатлена их дочь, Эллия Александра.
— Жёстко, да, доченька? В ответ твоя мать обозвала меня ничтожеством. Это я от неё слышал в последствии очень часто, а так же награждала меня эпитетами — скот, животное и мерзавец! Мало того, приказала бросить меня в самый глухой каземат Аквалона, но даже это было Сердцем просчитано.
