А тебе нужно, если хочешь сохранить свою возлюбленную — одолеть врага, который живет и в ней.
— Что за враг?
— Некрос. Один из старейших богов. Последний проклятый. И ты должен поторопиться. У тебя мало времени. Как и у твоей возлюбленной.
— Сколько?
— Мало, мой мальчик. Очень мало…
Я открыл глаза. Посмотрел на жену. Эля лежала рядом, прижавшись ко мне. Её глаза были закрыты. Спала. Она очень устала. Но на её губах была улыбка. Счастливая и безмятежная. Я вглядывался в нее. Любовался. Дядька был прав, она превратилась в невероятный красоты цветок, который я сорвал и который доверчиво мне отдался, приникнув ко мне своими нежными лепестками.
Я, наверное, никогда не устану любоваться ей.
Провел нежно рукой по ее левой груди, правая была прижата к моему телу. Почувствовал, как её сосок отреагировал на прикосновение. Стал твердеть и наливаться. Прикоснулся к её губам своими. Она спала, не проснулась, но ответила мне. Отстранился. Её губы оставались чуть открытыми. Почувствовал нарастание желания обладать ей, но это уже было просто желание.
Пусть сильное, какое бывает у мужчины к любимой женщине, лежащей обнаженной рядом с ним, но все же просто желание, а не то безумие, которое владело нами в самом начале. Нет, нужно сдержаться. Пусть поспит, отдохнет. У нас еще все впереди. Много дней и ночей, которыми мы сможем наслаждаться вместе. Наслаждаться друг другом. Моя любимая Эля!
Вдруг почувствовал, как она напряглась. Улыбка исчезла с ее губ. Личико нахмурилось.
Потом, на лице возникла гримаса ненависти и страдания. Она жалобно застонала. Лицо стремительно бледнело.
— Эля! Эля! — я стал её тормошить, пытаясь разбудить, но не мог. Она не просыпалась.
— Демоны. Что с тобой, родная моя? — Закрыл глаза и прижался к ней…
… Это была как вспышка молнии. Я оказался в каком-то странном месте. В мрачных покоях. Посередине большой комнаты стояла широкая кровать, с периной, подушками и балдахином над кроватью. На кровати сидела Эля, обнаженная.
На её лице была целая гамма чувств — страх, ненависть, омерзение и решимость бороться. К кровати подходил какой-то мужчина, на половину обнаженный. Ярость ударила мне в голову. И тут Эля увидела меня.
— Слав! — Закричала она.
Мужчина резко обернулся.
Я узнал его. Тварь! Я видел его тогда, когда потерял сознание в Цитадели. Он терзал Элю на кровати. Блондинчик."
"— Отвали от нее! — Я даже не говорил, а зарычал.
Он лишь ухмыльнулся.
