Там были политики, денежные тузы, какая-то кинодива, одна графиня и одна баронесса. По денежным тузам, политикам и кинодиве Александра мазнула холодным взглядом, слегка склонив голову, словно рассматривала интересных зверушек, но те так и не поняли этого. А вот на графине и баронессе она задержала взгляд. Ее улыбка стала чуть теплее.
Знаете, что я понял, когда стал Александре мужем и прожил с ней достаточно времени? Я понял ее особенность. Оказывается, все женщины династии Элинингов обладали какой-нибудь особенностью.
Например, наша дочь Эллия, могла принять на себя магический удар, высосать его до капли и вернуть назад, умножив многократно. А вот ее мать умела подавлять своей властью окружающих и заставлять их подчиняться. Учитывайте, что эта особенность была отшлифована многими поколениями ее предков и совершенствовалась ей самой на протяжении всей её жизни. Когда я увидел Сашу впервые совсем молоденькой девчонкой, этот дар еще только начинал развиваться. Единственный, на кого он не действовал, даже по прошествии времени… правильно, на меня! Не знаю почему.
Сначала думал, что это из-за того, что я иномирянин. Но оказалось, что нет. Она и в моем мире могла подавить любого, только одним холодом своих глаз, заставив восхищаться и подчиняться ей. Только со мной она становилась теплой, веселой, заботливой, любящей, совсем простой. Ее теплота, привязанность и простота очень дорого стоили. И не так много было тех, с кем она была такой. В мире Зеона это были Алиса, ее муж Эмиль, Анри, Билли, Анабель, Лолерея.
И все. Здесь это были мои ребята. Этих людей она не старалась подавить. Но харизма все равно сказывалась и, например, те же близнецы смотрели на нее восторженно, особенно когда думали, что на них никто не смотрит и готовы были порвать в клочья любого, на кого она укажет. Поэтому и скрыть ее сущность у меня не удалось, хотя я, простак, поначалу на это сильно и рассчитывал. И когда я сказал, что тусовка не поняла, что их рассматривают как диковинных зверушек, я не соврал.
Я не знаю, что видели в глазах моей Александры люди. Возможно, та саксонская графиня увидела Александру на троне с короной на голове, а может и мрачный каземат с моим дружком, толстым палачом, ласкающим «испанский сапожок»? Но ломались они быстро, признавая за ней право на власть и силу.
— Князь! По правую сторону от меня, мой муж, Александр! — Я кивнул. — По левую сторону, мой секретарь Анна. — Легкий поклон головы. — Остальные мои сопровождающие.
