А он явно был из Фатерлянда. Потом он переспросил по-английски.
— Что это?
— Вопрос конкретизируйте.
— Что это за бриллианты?
— Разве не видно?
— Я знаю — черные алмазы, но никогда не видел ничего подобного. Бриллианты из черных алмазов не могут так преломлять свет. Хотя есть и довольно прозрачные. Но все же!
— Как видите, могут!
— Сколько стоит это чудо?
— Много. Я даже не хочу озвучивать сумму.
— Назовите любую цену!
— Извините, но диадема не продается. Это фамильная ценность.
— Ваша?
— Нет.
Моей жены. И как Вы можете понять, она не нуждается в деньгах.
После этого я выложил на стойку футляр. Открыл его, и иллюминация только усилилась. Это было колье. Здесь были уже другие бриллианты. Старикан окончательно завис, как и все остальные. Многие подошли ближе.
Я мысленно веселился.
«Кретины, интересно было бы посмотреть на них, покажи им корону Аквитании. Думаю, многих хватил бы удар. А этому старикану, точно потребовалась бы неотложка!»
Потом на стол легли золотые браслеты, инкрустированные сапфирами, рубинами, бриллиантами.
Серьги. Кольца. Броши. Браслеты.
Старикан находился в полуобморочном состоянии. Метрдотель исчез, и вскоре у стойки нарисовался управляющий. Глянув на груду драгоценностей, побледнел, судорожно вытирая платком лоб."
"— Дорогой! Я долго здесь еще буду стоять? — Это женушка спросила по-русски.
Вообще удивительно, но после перехода Александра заговорила на моем родном языке. Заговорила легко и без акцента, как будто с рождения это был ее родной язык.
Но еще большее удивление у меня вызвало то, что она, с такой же легкостью говорила и по-английски, по-немецки, по-французски, по-итальянски и так далее. Стоило с ней заговорить на каком-либо языке, она моментально понимала и отвечала именно на этом же языке. Я у нее тогда поинтересовался, что за фигня? Ни разу не поверил, что Александра полиглот. Она лишь пожала плечами, сказав, что сама не знает, просто понимает и умеет говорить. Я еще подумал, что стоит с ней начать говорить на каком-нибудь суахили, она и этот язык поймет и ответит без акцента.
— Надо же сдать твое барахло под охрану. Я тебя предупреждал, что не стоит тащить сюда даже пятую часть твоих цацек.
— Не пятую! Это даже не десятая часть. Я вообще взяла совсем немного! Ты что хочешь, что бы я ходила тут, как голодранка или как жена какого-нибудь булочника?
Спорить бесполезно. Поэтому я промолчал. Управляющий нервно разговаривал с кем-то по телефону.
