Не приснилось?
Сердце сходит с ума. Подгоняет меня встать и найти Даяна. Потом разберусь, что творится и чем накачал меня Салаев, что я никак не приду в себя. В голове все смешалось.
Дверь открывается. Дергаю на себя одеяло, натягивая его по самую шею, и не верю своим глазам.
— Ну привет что ли, — тепло улыбается Березин.
— Скажи, что ты мне не снишься, — хриплю и тут же кашляю. Горло дерет, словно я наелась битого стекла.
— Не снюсь. Держи, — вкладывает мне в руку стакан, сверху накрывает своей большой и теплой ладонью.
— Пей, — помогает поднести к губам. Делаю пару глотков странного настоя. — Не кривись, ты пила его уже. Сейчас станет легче.
Через несколько минут и правда отпускает. В голове проясняется, память возвращается странными урывками.
— Где Ян? — смотрю в родные зеленые глаза.
— В гостиной мультики смотрит.
— А где мы? — еще раз осматриваю светлую и очень уютную спальню.
— Еще в Столице. Мы поживем здесь некоторое время. Будет расследование о гибели Карима и захвате вас с Даяном старшим Салаевым.
Нам дали охрану, так что мы в безопасности, — коротко рассказывает Яр.
— Обними меня, — голос снова дрожит. Начинают просыпаться эмоции. — Хочу почувствовать, что это и правда ты.
Ярослав забирается с ногами на кровать, поднимает выше подушку, тянет меня на себя и устраивает между ног облокотив спиной на свою груди. Берет в руки мои ладони, перебирает пальчики, тяжело дышит. Я чувствую, как сильно бьется его сердце.
— Думал, что с ума сойду без тебя, — его крепкие руки напрягаются, на запястьях набухают темные вены.
— Прости, что не смог защитить…
Глава 17
ЯрославАська сильно тормозит еще. Слишком сильный стресс для моей хрупкой девочки. Рассеянный, совершенно растерянный взгляд. Пульс под моими пальцами пытается разогнаться, пробуждая в ней эмоции после сильного препарата. Я бы вколол еще, если бы было можно. Впервые боюсь женской истерики. За ней стоит слишком много.
Настя пока не плачет. Она прижимается ко мне всем телом и мелко дрожит. Подтягиваю к нам край одеяла.
Укрываю. Слушаю, как стучат ее зубки.
— Все хорошо, — шепчу ей в макушку плавно укачивая, как маленькую. — Ты в безопасности, — важно, чтобы она слышала мой голос, чувствовала меня рядом. Говорю все, что приходит в голову, что есть внутри меня. — Люблю тебя. Я рядом, маленькая моя."
"— Ты не ви — но… — судорожно вдыхает. — виноват, — выговаривает такое сложное сейчас слово. — Не виноват, — повторяет. — Я… — еще один вдох, смешанный со всхлипом. — втянула. Тебя. В это.
