Жаров распахивает дверцу пошире.
– Хватит капризничать, садись в машину. На улице темно, мало ли кто здесь бродит.
– Спасибо, вы мне сегодня очень помогли, – говорю ядовитым тоном. – Но я не смогу отблагодарить вас в постели.
Он смотрит на меня с насмешливым недоверием. Думает, я цену себе набиваю? Затем устало потирает лицо:
– Ладно, забудь. А вот подвезти тебя придется. Охрана все еще ждет меня во дворе. Так что садись.
Фыркаю, но все же забираюсь в салон. Правда, демонстративно занимаю заднее сиденье позади водителя.
Жаров ловит мой взгляд в зеркале заднего вида.
– Пристегнись.
Машина съезжает с тротуара и разворачивается в обратную сторону.
– А вы всегда так ездите? – едко бросаю.
– Как “так”?
– По встречной полосе.
– Нет, только когда гоняюсь за своими сотрудницами.
Не пойму, шутит он сейчас или нет?
– А часто вы за ними гоняетесь?
– Приходится иногда, – тяжкий вздох.
– Сочувствую.
– А как я-то себе сочувствую!
И все это очень серьезным тоном.
Изучаю его лицо в зеркале: мина такая постная, а в глазах черти пляшут.
Да он издевается!
– От хорошего босса сотрудницы бегать не будут! – заявляю, желая его уколоть.
– Да? – он делает вид, что удивлен. – И чем же я не хорош?
Вот действительно – чем? Платит хорошо, о сотрудниках заботится, и лицом, и фигурой вышел. Эх, никакого изъяна. Так даже неинтересно.
– Хороший босс не будет намекать на постель!
Он мрачнеет:
– Хочешь, чтобы я извинился?
Ах, ну да. У его величества язык отсохнет, если он скажет “прости”.
Мне хочется съязвить что-нибудь этакое, уколоть его посильнее, но я вовремя прикусываю язык.
Все-таки он мой начальник, он дал мне работу. А то, что он козел, так ведь я тоже не ангел.
– Нет, Дмитрий Назарович, – говорю сухим тоном. – Недоразумение случилось по моей вине. Прошу простить и забыть об этом инциденте.
Спорткар заезжает ко мне во двор. Вижу машину охраны, а вот Толика нигде нет.
Жаров глушит мотор, а я поспешно выпутываюсь из ремня безопасности. Но открыть дверцу не могу – она заблокирована.
– Марина, – Дима оборачивается ко мне. – Пока вы не ушли…
Меня пробирает дрожь от его официального тона.
– Да?
– Вы правы, это было недоразумение. Впредь такого больше не повторится.
Это он сейчас извинился передо мной или что?
Пока хлопаю ресницами, пытаясь осознать смысл его слов, щелкает блокировка.
Я поспешно выбираюсь наружу. Сбивчиво желаю боссу спокойной ночи и почти бегом направляюсь к подъезду. Дима провожает меня пристальным взглядом.
