— Марья, идём, — настойчиво подталкивает меня Валерий.
Но я качаю головой.
— Нет…
— Выведи ее! — стервенея, отдаёт приказ Миша.
От его тона меня покрывает липким потом. И я второй раз за день мысленно обращаюсь к ТОМУ, в кого врачи советуют верить только тогда, когда сами бессильны…
Живот скручивает спазмом. Я сгибаюсь пополам и сейчас начинаю по-настоящему бояться за ребёнка. Ребёнка…
— Ммммм…
— Маша! — ловит меня Валерий, — Ты ранена? — он пытается отодрать мою руку от живота, а в моей голове появляется совершенно безумное решение.
— Марья, — гремит над моей головой подошедший Миша и пытается развернуть к себе лицом, — Тебе надо в больницу?"
"— Миша… — я сама впиваюсь своими глазами в его, — Не убивай этих людей…
— Ты бредишь… — его глаза только сильнее вспыхивают ненавистью, — Тебе придётся смириться, — заканчивает жестко, но я вцепляюсь пальцами в его предплечье.
— Послушай меня, пожалуйста… — я сглатываю, — Это бесконечная война. Через неделю снова придут к тебе. А я дам тебе другое оружее… Которое принесёт мир.
— Не время для пацифичного бреда, — зло сплёвывает Буров, — Он посмел тронуть мою семью. Я такого простить не могу, — показательно достаёт из-за ремня пистолет и передёргивает затвор, — Просто вынеси ее… — шипит Валере.
Парень дергает меня на себя, исполняя сказанное. Но я резко вывернувшись из его захвата и потеряв равновесие, падаю Мише в ноги.
— Пожалуйста…
Буров грубо поднимает меня и с силой сжимает плечи.
— Не мешай, я сказал… — рычит, разворачивает к себе спиной и ведёт к двери, как преступницу.
— Там в подвале есть девушка, которую обвиняют в смерти старшего Зорина, — говорю, зная, что он услышит, — Она в тяжелом состоянии. Нужно в больницу. У Вали от него сын. И если ты ей поможешь, то навсегда получишь контроль и над бизнесом Тимура и над всей его семьей. Только на условиях безопасности, Валя скажет, где мальчик.
— Ты знаешь, кто заказал Зорина? — Миша рывком разворачивает меня к себе лицом.
— Он сам умер… — сглотнув от неожиданности, говорю, глядя Мише в глаза, — Смешал алкоголь и клофелин.
Чувствую, как Мишу начинает трясти. Он перехватывает меня сзади за шею и втыкается губами в кромку моего ухо.
— Никогда! — хрипит и тяжело дышит, сдерживая злость, — Никогда не смей мне врать, — я чувствую, как его пальцы начинают давить на шею сильнее.
— Миша… — шокировано пытаюсь отодрать от себя его пальцы, но он сам их разжимает, толкая меня в руки Валерия.
