— Ты совсем испортилась, жена, — агрессивно рычит, вжимаясь горячим дыханием в мою шею. — Не следишь за своим язычком. Я же тебя затрахаю, — распинает в стороны мои бедра, — до отключки. Чтобы ты ноги не могла свести вместе, чтобы всю следующую неделю тебе даже была противна мысль о сексе.
— О Боже, Миша, — я чувствую, как его пальцы грубо проходятся по моим губкам снизу, проверяя готовность, — я клянусь тебе, что не помню по какому поводу сказала Руслану эту фразу. Последний раз мы говорили вчера. Он спрашивал, что подарить Алиске…
Мою оправдательную речь прерывает звук расстёгивающейся ширинки.
Тело реагирует на него новой горячей волной возбуждения. Пальцы Миши бесцеремонно вдавливаются в меня, срывая с губ крики. Несколько ритмичных жестких рывков внутри, и его мокрые пальцы ложатся на мой рот.
— Оближи… — хрипло.
Я откидываю голову назад и мы встречаемся губами, слизывая мое возбуждение с его пальцев.
Края ремня жгут нежную кожу. Миша застёгивает пряжку на моей спине.
— Это чтобы не забывала, — усмехается на мой вопросительный взгляд, и дальше под раздачу попадают мокрые пряди волос, которые Миша так удобно скручивает в жгут и наматывает на кулак.
Делает резкий рывок на себя, и он отдаётся легкой болью в корнях, заставляя меня застонать.
— Хочу твои стоны… — Миша рычит мне в основание шеи и чуть покусывает спину. — И кончить в рот твой бессовестный.
В моей голове пусто и ватно и да, я тоже хочу, чтобы он кончил мне в рот. А стонать для этого мужчины — вообще редкий деликатес.
Мне кажется, что он различает их полутона.
То, как Миша каждый раз присваивает меня… О, у меня не остаётся вообще ни одного сомнения, кому принадлежат мое тело и душа. А на коленях перед ним эта эмоция чувствуется острее всего.
Я чувствую, как горячая головка члена скользит между моих бёдер. Мне хочется покрутить бёдрами и повыпрашивать ее побыстрее внутрь. Ощутить это обжигающее чувство соединения и растяжения.
— Ах! Ммм… — мои глаза закатываются.
Миша делат безжалостный рывок и заполняет меня собой сразу до предела.
О, Боже! Это я ему, мужу, да. Мне кажется, что можно просто продать душу за то, чтобы хоть раз узнать, как Миша умеет брать женщину. Остро, как нужно ему, как нужно ей, на грани боли и нежности.
Буров укладывает меня ноющей грудью прямо в раковину и разгоняется, вбивая мои бёдра в твёрдый край. Однозначно будут синяки, но сейчас я хочу, что бы они были. Хочется выпрашивать жёстче и быстрее.
