Отец смотрит на меня в упор и его леденящий кровь в жилах тон заставляет меня забыть, как дышать.
– Это не она…
В зеркале напротив – я. Искусно завитые локоны уложены в модную высокую причёску, одна прядь свисает с левого бока, как бы кокетливо очерчивая рельеф моего лица и кончик локона, неприятно щекочет ключицу. Румянец на щеках, глаза подведены лёгким дымчатым цветом, а губы красные совсем не от красок… Кусать губы – вредная привычка с детства. Я забыла о ней, но сегодня всё утро ловлю себя на мысли, что неосознанно делаю именно это.
По сей день не могу прийти в себя. Как я могла не видеть очевидных вещей? Как? Мы не были постоянно вместе, но я точно знала, где она находится и эта помолвка. Когда о ней сказал отец, я всё ещё не верила. Это было тогда. Сейчас, смотря на себя в отражении зеркала, я понимаю, я проглядела.
Они встречались тайно в тех самых садах. На столицу опускалась ночь, и моя сестра выскальзывала из своих покоев, чтобы в накинутом капюшоне на голову проскользнуть мимо охраны и через тайные ходы спуститься вниз.
Стоит ли говорить, кто отводил глаза стражи? Думаю, что нет.
Сирен безоговорочно была скомпрометирована, хотя так и не призналась. Мне хватило лишь взгляда, чтобы понять насколько далеко это всё зашло. А отец, он не стал выяснять. Только это отец, но я выяснила! Не сдержалась, ворвалась в её комнату, схватила за локоть и встряхнула. Впервые в жизни я применяла физическое воздействие.
– О чём ты только думала?! Глупая девчонка!
– О чём ты? – Сирен округляет глаза и старательно делает вид, что действительно не понимает.
– Не смей мне лгать! – крик – Что ты себе позволила?! Что у вас было?!
Убираю свои руки, и Сирен опускает взгляд, ответа и не требуется, я всё поняла. И это понимание вызывает лютую ярость! Молчание затягивается, но в какой-то момент отмирает Сирен.
– Милена! Прекрати! – Сирен всплеснула руками и обошла меня, пряча свои глаза.
Руки дрожат, когда она берёт расчёску со стола и проводит ею по волосам.
Ядовитая ложь дёгтем по венам… Горько от понимания того, что она пытается лгать даже сейчас.
Хотя её выдаёт абсолютно всё!
– Прекратить что? – разворачиваю сестру к себе лицом. – Ты не понимаешь, во что это могло превратиться?! Ты даже представить не хочешь! Если бы он не был благородным юношей, то это всё навсегда очернило наш род! – голос сорвался на крик в очередной раз.
– Нет! – в ответ кричит Сирен. – Ты не понимаешь, о чём говоришь! Я люблю его! Я ЛЮБЛЮ!
В ужасе смотрю на сестру.
