Простое «прости», а столько боли!
Наверное, сейчас я испытала самое худшее, что может испытать женщина. Извинился!
Создатель… меньше всего я ждала извинений. Чувствую себя униженной, чувствую себя грязной. Ворвавшись в покои, впервые приказываю служанке приготовить мне горячую ванну.
– Да, конечно, – кротко в ответ, и молоденькая служанка скрывается за дверью в ванну.
Срываю с себя платье, сдираю вместе с воспоминаниями. Я не плачу. Нет. Меня обуяли совершенно другие ощущения. И это гнев! Я зла! На него, на это «прости», на то, что он не сказал того, чего бы я хотела услышать.
Где-то в глубине души я понимаю, что у меня нет прав, но это где-то там, а тут я…
– Всё готово, госпожа.
Киваю.
Пар поднимается от старинной ванны на золотых витых ножках вверх. Зажжённые свечи расставлены в разных углах комнаты, полотенца стопкой на краешке ванной. Нижняя сорочка скользит по телу вниз, опадает к ногам, и я переступаю её. Я не переживаю, что кто-то войдёт, никто не осмелиться зайти вот сюда, слишком личное пространство! Так что спокойно, нагая, опускаюсь по ступенькам вниз и не без труда сажусь в ванну.
Вода – слишком горячая, но может быть это и к лучшему. Буду думать о раскрасневшейся коже, нежели о том, что только что произошло!
Обхватываю колени руками и подтягиваю их ближе к груди. Ноздри заполняет запах роз. Не мой запах, но в замке у каждой фрейлины вот такое кто-то его меняет, а кто-то как я – нет.
Мне хочется обессиленно заплакать. Только слёз нет. Я говорила себе однажды: «Всё что с нами происходит прямо или косвенно зависит от нас».
Сейчас только подтверждаю это.
Приятное покалывание в пальцах. Прикрываю глаза облокачиваюсь о бортик ванны, приятный запах чайного дерева умиротворяет меня, и это самое лучшее время чтобы привести мысли в порядок.
Вода в ванной порядком остыла, когда я её покинула. Водные процедуры всегда как-то успокаивали меня. Накинув белый длинный халат на мокрое тело, я вошла в свои покои и застыла в дверях.
Он сидел ко мне в пол-оборота.
Я могла разглядеть только профиль. Тусклый свет, исходящий от окна, не давал возможности разглядеть большего. Мне не нужно было говорить кто он – потому что я знала. Уже не в мундире, только в рубашке и брюках, он сидел в моём кресле, смотря в окно не оборачиваясь.
Капли воды стекали вниз, а по ногам проходился безжалостный сквозняк от открытой двери."
"– Я уже начал переживать, – принц развернулся в мою сторону.
В комнате полумрак.
