Конверт с адресом тоже сохранился. Дом престарелых находился на юге Нью-Гемпшира. На машине от Нью-Йорка туда можно было доехать за шесть часов.
Валери всю ночь не спала, а в восемь утра позвонила в дом престарелых. Ей сказали, что Фиона Маккарти жива и здорова. Правда, она почти не встает с постели из-за артрита, но память у нее острая, как нож.
– И у нее хватает сил капризничать, – со смехом сказала медсестра. – Она нас всех тут загоняла.
Валери редко пользовалась машиной и порой думала о продаже, но держала автомобиль для таких моментов, как сейчас.
В четверть десятого она уже ехала по шоссе в Нью-Гемпшир. На дорогах Коннектикута и Массачусетса лежал снег – и это в марте! – так что весной там и не пахло.
В три часа Валери оказалась в маленьком городке, в котором Фиона жила много лет. Дом престарелых выглядел очень уютно. Окруженный низким белым забором, он был выкрашен светлой краской, а перед главным входом располагались сад и веранда, где стояли кресла-качалки. В теплую погоду обитатели дома любили там посидеть, но сейчас для этого было слишком холодно.
Валери в волнении поднялась по ступеням, думая о том, вспомнит ли ее Фиона, узнает ли и что скажет о фотографиях. Все-таки они давно не виделись, и Валери постарела за эти годы. Она подошла к стойке регистрации и расписалась в журнале посетителей. Медсестра сказала, что Фиона недавно проснулась, так что сейчас хороший момент для визита. И добавила, что вчера к ней приезжали дети, но сегодня никого не было, и Фиона с радостью с ней пообщается.
Валери поблагодарила медсестру и пошла в комнату бывшей няни.
Заглянув внутрь, она увидела очень худую старушку с морщинистым лицом, лежащую в кровати под ярким самодельным пледом. Волосы Фионы поредели и побелели, но голубые глаза оставались ясными. Она пристально посмотрела на посетительницу и спросила с улыбкой:
– Что стоишь там, как статуя? Заходи. – Фиона сразу поняла, кто к ней пришел.
– Привет, Фиона. Я боялась, что ты меня не узнаешь, – принялась объяснять Валери, но старушка рассмеялась.
– Это почему же? Ты почти не изменилась, только светлые волосы побелели. Как поживает твой сын? – Она помнила Филиппа, а значит, ее разум был ясным. Сыну очень понравилась Фиона, она рассказывала ему множество историй о детстве матери, которые смешили его, а Валери трогали почти до слез.
– Он вырос, – ответила она. – Стал очень хорошим мужчиной.
– Мальчиком он тоже был отличным.
Фиона указала на кресло, и Валери села, не зная, с чего начать.
