– Та, которая тебе позвонила и наговорила всяких ужасов насчет Томми. Зачем она это сделала? Мой брат был таким хорошим! – Странно, что Уолтера эта история так растревожила. Том испугался, что такое поведение – первый знак старческого слабоумия. Действительно, отец был ужасно расстроен и не находил себе места.
– Конечно, ты прав, дядя Томми был прекрасным человеком, – попытался успокоить его Том. Отец считал младшего брата чуть ли не святым и не мог примириться с тем, что какая-то незнакомая женщина посмела оскорбить его память.
– Но Валери просто ищет семью отца. Нельзя винить ее за это. Она не хотела причинить нам зла.
– Мой брат никогда бы так не поступил, – продолжал настаивать Уолтер со слезами на глазах.
– Она нашла нас в Интернете. Валери не знала дядю Томми.
– Эта Валери – такая же плохая, как и ее мать, – вдруг выпалил Уолтер, и с такой злостью, какой Томас раньше в нем не замечал. – Она мне никогда не нравилась. Хотела поймать Томми и получила по заслугам. Ее быстро отослали в какой-то приют для таких же распутниц, как и она.
Наши родители не разрешили Томми с ней встречаться. Он думал, что влюбился в нее, даже хотел жениться, но отец был против. А потом брат погиб. Не знаю, что случилось с той девчонкой. Да это и не важно. – Уолтер опять начал плакать.
Томас в изумлении смотрел на него.
– Значит, ты знал мать Валери?! – воскликнул он.
Отец долго молчал, глядя в окно, а потом заговорил:
– Томми почти не общался со мной, когда влюбился в нее. Она будто приворожила его.
Говорил, что женится на ней.
Томасу было ясно, что отец просто ревновал брата к этой девушке, завидовал любви, которая вспыхнула между ними. Похоже, они заплатили за это большую цену – их разлучили друг с другом, Томми убили на войне, пока девушка была беременной, а потом у нее отобрали ребенка ее же родители, и больше она его не видела. Томас глубоко сочувствовал юной Маргерите, но отец испытывал совсем другие чувства – он ревновал и злился. И так ненавидел девушку, которую полюбил дядя Томми, что молчал о ней все эти годы.
– Папа, но почему ты не сказал правды? Может, в те времена это было позором, но сейчас-то все по-другому.
– Да, скандал был бы ужасный. Но родители – мои и той девушки – его не допустили. Никто не хотел этого ребенка. Не знаю, что с ним случилось потом, но Маргерита точно получила по заслугам. Я ее ненавидел.
– С «этим ребенком» я говорил три дня назад по телефону. И я не согласен, что Валери получила по заслугам.
