Просто мужчина в богато сверкающем сюртуке очень уж походил на моего мужа: те же золотистые волосы, но гораздо длиннее, то же озеро глаз, да и черты лица были очень похожи…
— За что ты так со мной?! — разлетелся хрустальный голос девушки, привлекая моё внимание. — Я ведь всегда делала то, что ты просил! Всегда выполняла все твои даже самые унизительные поручения!
Несмотря на подступающую к девушке истерику мужчина остаётся спокойным и даже равнодушным когда произносит:
— Моя птичка, моя маленькая Этерия, я должен так поступить.
Ради всеобщего блага, ради своей семьи, ради своих подданных и всей Империи.
Этерия… это же моё имя, — вздрагиваю я, приглядываясь к заплаканным светло-серым глаза дев…, нет, своим глазам. Да и внешность уже оцениваю куда придирчивее — кажется, на этом у меня какой-то пунктик.
Повторный осмотр незнакомой себя позволил хоть немного облегчённо выдохнуть: старушка в драгоценностях не соврала — если я и правда выгляжу так, то пара мы с пассивно-агрессивным блондином под номером один определённо красивая.
Жаль, как утешение это мало подходит. А всё потому, что подозрительный блондин номер два продолжает портить и без того не радужное настроение:
— К несчастью, — с притворным сочувствием выдыхает хоть и симпатичный, но противный мужчина не двигаясь с места, — Ирлинда не пожалела родового проклятья для тебя и теперь как маг жизни ты бесполезна. Даже как породистую кобылку тебя не использовать, ведь есть лишь один мужчина способный получить от тебя наследника, в котором и не факт что будет твоя искра.
После этих слов я ещё сильнее задрожала, распахивая глаза в непритворном ужасе. Кажется, меня пугала именно участь достаться упомянутому мужчине, а может такой реакции удостоилась ледяная жестокость собеседника.
— Он согласился. Не без давления с моей стороны, — с холодной улыбкой произносит блондин, а я прикрываю рот ладонью, видимо, чтобы сдержать рвущиеся наружу рыдания. — Правда ребёнка с искрой жизни придётся подождать пару десятков лет, именно столько понадобиться разрушительной магии Вилэйта, чтобы подточить проклятье.
Кстати, он согласен только на односторонний обряд — кто-то явно не собирается хранить тебе верность.
Внимательно слушая всё это, я стала ощущать, как во мне постепенно поднимаются отголоски воспоминаний. Теперь мне было совершенно точно ясно, что мужчина безжалостно решающий мою судьбу не кто иной, как император Валлиса, одного из двух самых могущественных государств.
