Мучает ли меня совесть из-за не самых белых денег? Возможно немного, но я утешусь тем, что возьму их в качестве оплаты за очищение окрестностей от воров и убийц, которые, к тому же, превратили это дело в высокооплачиваемую работу. Эти наёмники не многим лучше простых разбойников. Разве плохо будет помочь обычным людям?
Пусть во мне много тьмы, но это не повод становиться злом во плоти. Так что отправлять на алтарь я буду только тех, кто лично забирал чужие жизни, тех, кому это приносило удовольствие и деньги — именно таких людей надо превращать в орудие, которым не жалко будет пожертвовать.
И таких мне понадобится много, очень много, потому что без потерь войны не выиграть.
Глава 14. Отступление второе
У границ королевства Сарт. Стоянка наёмников
˜٭❖٭˜
Тёплый свет костров заливал грубо срубленные хижины, чьи крыши, а также части стен успели порасти толстым слоем мха. Повсюду разлилась гробовая тишина, что было странно для разбойничьего лагеря посреди леса.
Не было присущих лихому люду ни громкого смеха, ни похабных песен, ни глухого стука деревянных чарок — всё вокруг будто тревожно задержало дыхание. Даже пламя в обложенных камнями уличных очагах нервно подрагивало, то и дело, пытаясь затухнуть, чтобы не освещать собой развернувшуюся картину."
"А ведь ещё час назад это место больше походило на оживлённый лагерь. Часовые ходили вдоль частокола, пристально вглядываясь во мрак, изредка подавали голос натасканные псы, а за остроконечным тыном кипела жизнь.
Всё было как обычно — ничего не предвещало беды, как раз замеченную зорким глазом одного из воинов. Он первым уловил неладное, да что там, неладное, ему открылось по-настоящему пугающее зрелище — вдоль лесной кромки, обступившей лагерь со всех сторон, всего в нескольких аршинах от ограды, из тьмы показались звери.
Вроде бы, что здесь необычного? Вот только поведение обитателей леса таило в себе странности.
Они стояли как вкопанные, пока их облизывал туман, смотрели в одну точку и всем своим видом походили на статуи. Среди них можно было заметить как хищников, так и травоядных с грызунами, что и вызвало оторопь у часового. Однако стоило ему присмотреться, увидеть ярко-горящие потусторонним светом глаза неподвижной волны из животных, он бросился бить тревогу.
Вот только это мало помогло.
