Прекрасное, нерушимое доказательство, точно такое же, как и броня на моих драургах.
— Никто не поверит, — процедил мой враг, догадавшись, почему я подпустила его к своим воротам.
Встав в полный рост, я окинула взглядом место последнего сражения, где стрелы с оперением личной армии императора пронзали только живых людей. После чего почти так же пренебрежительно посмотрела на Альберта, как он когда-то на Этерию, и со злой усмешкой сказала:
— Неужели? А ты посмотри вокруг. Лично я вижу сейчас поле брани, где нежить в твоей амуниции схлестнулась с людьми-воинами в… моей броне.
Вон, смотри.
Я указала на группу нежити, что спешно меняла нагрудники и шлемы на павших воинах. Теперь там вместо языков белого огня в форме птицы скалилась морда медного волка — герб Хильдема. По моим расчётам точная такая же картина прямо сейчас открывалась первой волне свидетелей.
С трудом повертев головой, Альберт убедился в моих словах, а затем…. посмотрел на меня как на настоящее чудовище, которое не способно даже отдать дань уважения павшим в бою.
Пусть так. Если мой самый ужасный поступок станет залогом долгого мира я готова нести на своих плечах это бремя. Ведь я не кисейная барышня, или какая-то там принцесса древности, а некромант и этим всё сказано.
Никакой игры по правилам. Иначе я потеряю всё.
Глава 50.
Полностью обездвиженный мой враг лишился своего главного преимущества — родового артефакта. Однако, несмотря на это Бьерн всё же связал руки Альберта за спиной, чтобы тот не смог использовать необходимый пас для вызова пламени.
По-хорошему опасную вещицу стоило бы снять с Альберта, но безопасно это мог сделать только носитель крови правящей семьи Валлиса. Которого, к слову, ещё здесь не было, но он уже точно успел ступить на мои земли, и потому нужно было спешить."
"Пока мой диверсионный отряд подправлял место последней битвы я, Кассиан и Альберт в сопровождении Бьерна переместились в малый подземный зал. До этого момента ненавистный император ещё насмехался надо мной, мол, не выйдет выставить его некромантом, потому что это сможет опровергнуть любой маг, но уверенность его пошатнулась, стоило Альберту оказаться в центре пентаграммы.
А потом и вовсе растворилась, когда он увидел, как в зале появляется его правая рука Седриг Мортон.
Имперский дознаватель выглядел паршиво, но ещё был жив. За что стоило благодарить мою нежить вовремя влившую противоядие и в него, а также подсластившую её парой полезных настоек. Для нашего дела полезных.
