— Она не …оит на ногах! Ерш! Н…жна кошка с тро…м! — Свет тактического фонаря исчез.
Виолетта поняла, что спускаться за ней будут какое-то время, и решила пробраться по вентиляционной шахте до поворота и посмотреть, нет ли с другой стороны тоннеля лестницы или ступеней наверх. Она на четвереньках поползла по проходу, отодвигая с дороги обломки кирпича и сгребая в сторону кучки замшелого строительного мусора. Судя по покосившемуся потолку, вентиляционная шахта едва не обрушилась во время бомбардировки, но всё же выдержала, и с тех пор здесь никого не было, даже мелких представителей мутафауны.
Толстый слой земляной пыли не нес на себе никаких следов или отпечатков. Добравшись до поворота, Виолетта осветила уходящий влево коридор. Он оказался довольно длинным и имел несколько боковых ответвлений. Она поползла к ближайшему из них, но оно оказалось обвалившимся и полностью засыпанным обломками кирпичной кладки и грунтом. Виолетта попыталась осмотреть остальные ответвления, но они также оказались заваленными, а сам тоннель закончился железной заслонкой, не имеющей ни рукояток, ни замков, сплошная ровная поверхность.
Она толкнула рукой железную стену, но та не поддалась. Тогда Виолетта уперлась в неё плечом и надавила сильнее, но результат оказался тем же. Похоже, заслонка либо приварена, либо завалена обломками изнутри, как это произошло с боковыми ответвлениями шахты. На всякий случай она перевернулась на спину и изо всех сил ударила в металлическую поверхность ногами.
Ушибленная почка отозвалась резкой болью, и Виолетта вскрикнула, обмякнув на пыльном полу. Несколько секунд ей пришлось потратить на то, чтобы отдышаться. Стоит возвращаться, нельзя заставлять военных себя ждать, там, наверху, сейчас каждый солдат на счету.
— Доктор Савицкая? — голос в эфире звучал сильно и отчетливо. — Это Репей! Док, где вы?
Видимо, один из бойцов уже спустился за ней. Надо спешить. Пытаясь перевернуться на живот, Виолетта оттолкнулась ногами от заслонки, как вдруг раздался оглушительный хлопок, и её со скоростью ветра сорвало с места и швырнуло в темноту.
Она промчалась несколько метров, врезалась во что-то твердое и потеряла сознание.
— Док? Жить собираешься? — яркий свет больно бил по глазам через закрытые веки. — Давай, просыпайся сама, картриджа с нашатырем всё равно нет! — похоже, Ершов подкрался к её постели и громко говорил ей прямо в ухо. Странно, как его пропустили в жилые сектора.
