— Там токсичная жижа! Разъедает скафандр за десять минут! Оставайтесь на склонах, здесь безопасно! — Он оставил возле Леонида двоих солдат и уполз обратно с остальными.
Вскоре шум боя начал стихать. Разрывов танковых снарядов больше слышно не было, ещё минут через пять лиги прекратили огонь, и наступившую тишину время от времени нарушали одиночные выстрелы, раздававшиеся то издалека, то совсем близко. Потом в яму скатилось десятка полтора штурмовиков, которые немедленно распределились по склонам, улеглись явно в небоевые позы и затихли.
Леонид недоуменно смотрел на спящих бойцов, соображая, стоит ли ему вмешаться и пресечь вопиющее пренебрежение безопасностью начальства и гражданских лиц, происходящее в смертельно опасной боевой обстановке, но тут в яму спустились сержант с Ершовым, и он пополз к ним.
— Лейтенант! — Леонид быстрым движением руки обвел неподвижных штурмовиков. — Чем занимаются ваши подчиненные?!
— Спят, — коротко ответил Ершов и отвернулся к сержанту: — Надо собрать все боеприпасы и перераспределить боекомплект.
Мы почти пустые, а до наступления сумерек придется сжечь ещё патронов двести. Сверху, на четыре часа, сидит Репей. Возьми у него «кошку» с тросом и оправь людей к краю развалин. Надо зацепить убитых, тех, что лежат поблизости, затащить в руины и собрать у них боекомплект. Сейчас каждый патрон на счету.
Сержант коротко кивнул двоим солдатам, и те поползли из ямы наверх. Ершов, похоже, демонстративно игнорировал Леонида, но сам Леонид не собирался потакать инвазивному дегенерату.
— То есть, как это спят?! — гневно возмутился Леонид, — нас атакуют лиги! Надо держать оборону!
— Держи, — согласно кивнул инвазивный и, не глядя на него, указал пальцем в сторону лигов: — Выползай из ямы и занимай позицию на три часа. Заодно сменишь кого-нибудь из моих. И береги патроны, а то обороны не получится.
— Что?.. — от неожиданности Леонид потерял дар речи. — Я?! Но… — он неуверенно перевел взгляд на сержанта, ища поддержки: — Я командующий рейдом! Вы не имеете права!"
"— Лёнчик, заткнись! — посоветовал Ершов, оборачиваясь к нему.
— Не нервируй меня. Это была шутка. Я бы никогда не отправил тебя держать оборону. Потому что ты полное дерьмо и ещё более полное ничтожество. Доверить тебе такое — означает подписать всем смертный приговор. Ты же убежишь, куда глаза глядят, секунд через пятнадцать! Так что сиди на попе ровно и не мешай. Кстати! — Он резким движением придвинулся к Леониду, отчего тот подпрыгнул на месте от страха.
