Шансов на то, что с вашим сочетанием генов второй ребенок будет здоров, не много. Но, тем не менее, они есть, если верить анализам и УЗИ. Я наблюдаю вас уже полгода и до сих пор не выявил явных отклонений. Не скрою, такое бывает очень часто, плод внешне здоров, и генетическая инвалидность определяется уже после появления младенца на свет. Поэтому ещё раз направляю вас на полный анализ крови и рекомендую лечь к нам в стационар уже на следующей неделе. В целом же на текущую минуту прогноз положительный. Как вы себя чувствовали в эти дни, Марина? Насколько силен токсикоз, как часто испытываете тошноту?
— Раза два тошнило за прошлую неделю, — вспомнила она.
— Вообще я бы не сказала, что мне как-то совсем тяжело. Первую беременность я перенесла гораздо труднее. Тогда меня каждый день то полоскало, то кидало и в жар и холод, нервы шалили, рыдала по каждой мелочи. А сейчас всё спокойно. Это плохо?
— Почему же плохо, отнюдь нет, — врач открыл на рабочем компьютере окно с её медицинской картой и принялся стучать пальцем по клавишам затертой клавиатуры.
— В каком-то роде это положительный показатель, хотя, конечно, не дает никаких свидетельств о качестве плода."
"— Скажите, доктор… — Марина замялась, но взяла себя в руки и всё-таки задала отчаянно мучавший её вопрос: — Много сейчас рождается… детей с инвалидностью?
— В среднем по нашему стационару за прошедший месяц девяносто три процента, — нахмурился врач. — Вы обдумываете вариант подачи прошения об эвтаназии? Законом для этого предусмотрены социальные льготы, о которых я обязан вас известить при определении в стационар, но сейчас ещё не время.
Я могу дать вам информационный буклет, но… — он оторвался от печати и покачал головой, — не рекомендую. Это настроит вас на негативное эмоциональное состояние, что в вашем положении излишне.
— Нам не нужен буклет, доктор, — Александр провел ладонью по руке жены. — Мы сохраним ребенка в любом случае. Мы всегда хотели сына, и я не собираюсь выторговывать за его жизнь какие-то там льготы.
— Ваше предложение имеет свою привлекательность, но всё же я хотел бы приобрести жилые площади в ЦСГР «Брянский Лес»! — сидящий в кресле напротив человек в форме генерала МВД старался вести разговор как можно более лояльно, исключая всякую возможность вызвать недовольство у влиятельного чиновника «Сёрвайвинг Корпорэйшн». — Этот Центр больше подходит мне по статусу, Евгений Моисеевич, вы же понимаете… — он многозначительно посмотрел на Шинкарёва.
