Выехав за село с той стороны, где не было поста федералов, мы остановились – настал самый неприятный момент, когда надо было докладывать кому-то из Восьмёрки, что Саладина нет в живых.
– Слава Аллаху, деньги сохранили, – сказала я, доставая телефон Деда. – Только это нас и спасает.
– Какие деньги, красавица? – Аюб изобразил удивление. – Их забрали федералы!
– У тебя память отшибло. – Я не сразу и поняла, в чём дело. – Это машина Саладина, деньги здесь…
– А кто теперь знает, что Саладин ехал именно в этой машине? – Аюб заговорщицки подмигнул мне.
– Мы с тобой прыгнули на ту, что была ближе всех, и удрали. А машина с деньгами осталась у моста. Так что эти деньги теперь делят наши предатели с теми федералами.
Я сначала не поверила. Вышла из машины, открыла багажник… точно, нет денег! Они лежали в багажнике, в двух дорожных сумках и «дипломате», который планировали вручить Аликперу в качестве задатка.
Я достала свой пистолет, направила его на Аюба и потребовала объяснений.
Аюб, довольно улыбаясь и совершенно игнорируя пистолет, рассказал, как он спрятал деньги. Вышел, как будто в туалет, из «дипломата» высыпал деньги в одну из сумок, уложил сумки в чехол от сиденья и зарыл в сарае, сверху навалил навоз. Магомед не в курсе, никто вообще ничего не видел. Только он, Аюб, знает, где эти деньги. Ну, теперь и я знаю…"
"Мне показалось, что он окончательно сошёл с ума. Стоял и довольно улыбался, глядя на меня взором победителя. Первое желание было – застрелить этого придурка и затем покончить с собой.
– Всё просто прекрасно, красавица моя! – верно уловив моё умонастроение, сказал Аюб уверенным голосом. – Я всё обдумал, это не было случайным порывом. Аликпер сам развязал нам руки. Теперь с ним никто не станет разговаривать, будут сразу убивать там, где встретят. Так что никто и никогда не узнает, куда делись эти деньги. Помнишь, ты сказала, что мы заработаем в десять раз больше? Ты была немножко не права. Мы заработали в сто раз больше!
– Ты хоть представляешь, что с нами сделают за эти деньги? – Я убрала пистолет – рука не поднялась стрелять в эту сияющую от счастья физиономию.
– Ничего не сделают, – небрежно отмахнулся Аюб. – Никто не знает, кроме нас двоих… А ты представляешь, что я мог бы в одно мгновение избавиться от тебя и стать единоличным хозяином этих денег?
Он мгновенно выхватил нож левой рукой и приставил его к моему горлу. Да, я представляю.
