Макс не удержался, скривился. А мужик приветливо протянул руку и представился:
– Андрей Леонидович.
– Вы, наверно, агент, – тоскливо предположил Шадурин.
– Нет, – покачал головой мужик. – Я – теннисный психолог.
– Кто-кто? – изумился Макс."
"Про то, что в теннисе существуют свои психологи, дорогостоящие и важные, он, конечно, знал, только никогда не думал, что эти небожители снисходят до какого-то фьючерса в Староивановске.
– Теннисный психолог, – повторил его новый знакомый. И проницательно заглянул ему в глаза: – Мне кажется, что сейчас вам просто необходима моя помощь.
Да что этот дядька, смеется, что ли? Всем же известно, что один сеансец психоподдержки – это минимум двести баксов. Может, Жюстинка Энин-Арденн и может себе мозгоправа позволить, только не он, не Макс.
– Вы зря волнуетесь, – тем временем бормочет Андрей Леонидович. – Я вовсе не собираюсь требовать с вас денег…
Еще хлеще.
– Хотите, чтоб я рассчитался натурой? – хмыкает Макс.
А что – мужик с виду холеный, вполне может педиком оказаться.
– Опять не угадали, – усмехается собеседник. – Не верите, что помогать можно без всякой задней мысли?
Да откуда он взялся, этот незваный благодетель? И кто дал ему право вот так, нимало не смущаясь, лезть в чужие дела?!
– Дайте мне пройти.
Макс, пытаясь расчистить дорогу, слегка двинул собеседника плечом. Но тот – вполне в духе классного теннисиста – сделал шаг в сторону, и снова оказалось, что они стоят лицом к лицу. И глаза мужика – проникновенные, вдумчивые – так и буравят Максово лицо, расслабляют, успокаивают… Гипнотизер, что ли, какой-то?
– Максим, я прошу всего лишь двадцать минут вашего времени, – не сдается Андрей Леонидович.
– Выпьем вместе по чашке чаю, а потом, как и собирались, вы пойдете один бродить по городу.
«Откуда он, интересно, знает, куда я собирался?!»
– Да что вы ко мне привязались?!
Достал уже.
Но мужик на грубость не обиделся. Пожал плечами:
– Просто я хочу, чтоб ты этот турнир выиграл. Именно ты. Такой ответ устраивает?
– Нет.
Какое вам до меня дело?
– Ответить честно? Именно до тебя – никакого, – ухмыльнулся мужик. – Мне совершенно все равно: Чепиков, Худяков, Лялин, ты… Я ходил на тренировки ко всем. Но только в тебе почувствовал потенциал. Большой. Настоящий.
Приятно, конечно, только не очень верится.
– Так выпьем вместе по чашке чаю? – настаивает Андрей Леонидович.
Наверно, будет проще согласиться, чем спорить дальше.
– Выпьем, – устало кивнул Макс. – Буфет, по-моему, еще открыт.
