Лес огласился неприятными, будто трешь пенопластом по стеклу, звуками. Шакалы сразу притихли, а из дедова дома по-прежнему не доносилось ни звука. И в окнах – ни проблеска, ни всполоха.
– Вот те на… – растерянно пробормотала я.
А шофер поинтересовался:
– Дед хоть знает, что ты приезжаешь?
– Откуда? – вздохнула я. – Городского телефона у него нет, а на мобильник он не отвечал.
– И ты все равно поехала? – укорил шофер.
– Дед сам говорил, что сотовые в его особняке не берут! – раздосадованно ответила я. – Да и куда ему уезжать, в таком-то возрасте?! – И с надеждой попросила шофера: – Посигнальте еще.
Он, наверно, просто не слышит.
– Нет смысла, – покачал головой шофер. И показал: – Вон, видишь, слева от ворот сторожка? Там Ванька живет, тот, который джип водит. Был бы здесь – давно вышел.
– Все равно. Подудите, – упрямо повторила я.
Но сигналить шофер не стал. Вместо этого сунулся в машину, извлек фонарик, включил. Тонкий луч несмело зашарил по территории дедова поместья. Хорошо, хоть забор не глухой, а кованый, поэтому видно было прекрасно.
– Вон, смотри, – вполголоса комментировал шофер. – Ванькина сторожка на замке. Фонтан укрыт. И на пороге большого дома пусто, хотя там всегда калоши стоят.
Про калоши – удобные, легкие, без задников – я вспомнила и сама. Когда мы приезжали в ноябре, дед каждому из нас выдал по паре, чтоб было удобно, каждый раз не шнуруясь, выбегать во двор.
– Ну… тогда я вообще ничего не понимаю, – растерянно протянула я.
– А что тут понимать? – пожал плечами шофер.
– Куда-то слинял твой дед.
– Но куда он мог уехать?
– Тебе, внучка, виднее, – не без сарказма откликнулся водитель. И предложил: – Поехали обратно в поселок. Довезу со скидкой. Восемьсот за все.
Он почему-то выглядел очень радостным. Неужели только из-за того, что замаячили лишние триста рублей заработка?!
Я не ответила. Подошла к забору. Еще раз с надеждой заглянула внутрь, подергала створки ворот… В прошлый раз, помнится, дедов водитель открывал их от брелка дистанционного управления, а сейчас они явно заперты на засов.
Старикан действительно куда-то уехал.
И я понуро вернулась в «уазик». Ну и дела! Стоило тащиться за тысячу семьсот километров, чтобы просто постоять под дедовым забором!
На всякий случай я достала мобильник, набрала номер старика, в очередной раз услышала, что «абонент недоступен»…
И в изумлении услышала шоферову реплику:
– Вот не знаю я, колдун он или не колдун, но следов твой дед не оставляет.
– Чего? – удивилась я.
