Благоразумие вступило в короткую, бессмысленную битву с любопытством и, конечно же, очень быстро уступило более сильному противнику.
— Я бы хотела осмотреть квартиру, — весело сказала она. — Интересно, остальные комнаты так же прекрасны, как эти?
— Увидишь сама, — ответил он и направился к выходу из кухни.
Памела последовала за ним.
Ходя за ним из комнаты в комнату, Памела от восторга просто лишилась дара речи. В его квартире был даже небольшой сад, разбитый на крыше, — зеленый оазис, напоминающий о мирной, неторопливой деревенской жизни посреди огромного, суетливого города.
— Невероятно! — воскликнула она наконец. — Совершенно потрясающе! Ты наверняка любишь свой дом.
— Сказать по правде, я предпочитаю усадьбу в Саффолке, где теперь живет моя мать. Но когда мне нужно быть в городе, эта квартира вполне устраивает меня.
— Усадьба! Ты пытаешься произвести на меня впечатление? — Памела попыталась подшутить над ним."
"— А разве в этом есть необходимость? — резко ответил он, слегка отрезвив ее.
— Нет.
Даниэлу никогда не нужно было пытаться произвести на кого-либо впечатление. Он всегда был особенным. Если исключить его внешность и блестящий талант теннисиста, то и тогда, несомненно, он выделялся бы из толпы.
— Я хочу пояснить, — добавил он неожиданно. — Ты всю жизнь жила в комфорте и при деньгах. Ты никогда не испытывала этой жажды успеха, тебе не понять этого стремления изменить свой жизненный статус. Все те годы я хотел этого и был готов пойти на все ради этого.
Готов пойти на все, перекатилось эхом в голове Памелы. Готов был даже отвернуться от своего будущего ребенка.
— Мне показалось, что мы пропустили одну комнату, — сказала она, желая отвлечь его. — Что это за комната?
Она тут же укусила себя за язык, сообразив, что эта комната могла быть его спальней. Но было поздно.
Он толкнул дверь, и она осторожно вошла.
Интерьер комнаты был оформлен в бело-голубых тонах. На широкой кровати небрежно валялась джинсовая рубаха, на столике у кровати лежала книга.
На туалетном столике, рядом с флаконом его любимого лосьона, лежала щетка для волос. Каждый предмет говорил что-то о личности своего хозяина.
Памелу охватила паника. Здесь все так поразительно напоминало его спальню в доме его матери. Она вспомнила, как свободно чувствовала себя там: могла делать все, что захочет, как дома. Но теперь все было по-другому. Теперь, в этой спальне, она чувствовала себя чужой, непрошеной гостьей.
