В полуволчьей форме этот жест выглядел странно — будто золотистый ретривер мудро кивает головой.
— Отчего такая перемена? — спросила я.
Тот факт, что я спокойно могла задавать вопросы, когда на столе лежат фотографии Черри и Мики, был свидетельством и моего терпения, и отсутствия здравого рассудка. Будь я в здравом уме, я не могла бы сохранять спокойствие, но я щелкнула у себя в голове выключателем, который позволял мне думать посреди ужасов. И тот же выключатель давал мне возможность убивать без рефлексии. Умение отключиться от собственных эмоций позволяло мне не начать отстреливать кусочки от Зика, чтобы он назвал мне место, где держат Мику и Черри.
Кроме того, всегда есть реальная возможность заняться этим позже. Сначала поговорить разумно, а пытать, только если другого выхода нет. Сохранение энергии.
— Химере сказали, что ты универсальный оборотень, как он сам.
— Это еще что за зверь? — приподняла я брови.
— Ликантроп, который умеет принимать вид более чем одного животного.
— Не бывает, — сказала я.
От кухонной двери раздался голос Бахуса. Он старался держаться как можно дальше от Зика.
— Химера умеет принимать облик разных зверей. Я это видел.
Я обернулась к Зику:
— Ладно, пусть он универсальный. Кто ему сообщил, что я тоже такая?
— Прежде чем я отвечу на этот вопрос: тут у меня в машине неподалеку сидит одна женщина. Я бы хотел, чтобы она сюда пришла и с тобой поговорила.
— Кто? — На миг вспыхнула безумная надежда, что он назовет Черри, но он ее не назвал.
— Джина.
— Джина из парда Мики?
Он кивнул.
Я глянула вверх, на стоящего над ним Бобби Ли.
— Поверим ему? Поверим, что он выйдет и вернется без своей банды?
Бобби Ли покачал головой. Я повторила этот жест.
— Извини, Зик, но мы тебе не доверяем.
— Тогда пошлите Калеба. — Он посмотрел на леопарда, который очень тихо сидел все это время в углу, подальше от Зика. Совсем как Бахус, если подумать. Но еще и Джил тоже жался в другом углу. Я и без того знала, что меня окружают трусливые коты, лисы и гиены, но теперь.
..
— Откуда ты знаешь его имя? — спросила я.
— Я про Калеба много чего знаю.
— Объясни подробнее, — попросила я.
И тут снова зазвенел звонок. На этот раз я уже не вздрогнула. Ситуация давно миновала пункт, за которым у меня кончаются нервы. Хотя пистолет уже смотрел на дверь. Можно ли это считать нервами?
Я пошла к двери, а Бобби Ли остался держать дуло у спины Зика.
— Молись, мальчик, чтобы это не был враг, — протянул он.
Зик раздул ноздри, нюхая воздух.
