Я взглянула на Донована Рииса. Он либо прочел мою мысль, либо предупредил ее.
— Не правда ли, интересное совпадение, что я появился в городе как раз тогда, когда начали пропадать другие?
— Ну и ну, Донован. Вы прочли мою мысль.
— Я вам клянусь, что ничего об этом не знаю.
Нилиша подалась вперед:"
"— Я все знаю о предательстве прежнего царя лебедей. Но я ручаюсь вам жизнью своего мужа, что Донован не виноват.
Я пожала плечами:
— Увидим.
— Вы не верите моему суждению, — сказала она.
— Я ничьему суждению особо не доверяю, кроме своего.
Тут ничего личного.
— Мама! — Оливия взяла Нилишу за руку. Та глубоко вздохнула и успокоилась. Уже хорошо.
— Первое, что я собираюсь предложить, это чтобы мы обратились в полицию.
Идея ни у кого не вызвала восторга.
— Видите ли, у них есть возможности, которых нет у меня: компьютерный поиск, судебно-медицинская экспертиза.
— Нет, — сказала Нилиша. — Это мы должны уладить среди нас.
— Я знаю правило, что мы не обращаемся к людским властям, но, ребята, у нас пропало четверо, и еще были покушения на лебедей и леопардов.
— Вы думаете, что за этим стоят змеелюди и их ручной лев? — спросил Донован.
— Слишком большое было бы совпадение, если нет, — ответила я.
— Согласен, — сказал Мика.
До сих пор он молчал, тщательно следя, чтобы не сесть или не встать слишком близко, будто не хотел вносить путаницы. Он давал мне командовать, не нависая за плечом.
— О'кей, так кто же эти типы и зачем им столько видов оборотней?
Мы еще часа два проговорили, но ничего гениального не придумали.
За этим стоят змеи. Но зачем? Когда это оборотни интересовались другими оборотнями не своего вида? Если бы нападению подверглись только кобры, то это могла бы быть война змей за территорию, хотя, откровенно говоря, война между разными видами змей тоже была бы вещью необычной. Город достаточно велик для всех, если они принадлежат к другому виду.
Я думала, что Нилиша Мак-Нейр права и ее мужа нет в живых. Если кого-то похищают и не хотят денег, то хотят чего-то похуже, обычно крови, боли и, в конечном счете, смерти.
Наверное, все они мертвы, а если нет, то, чтобы сохранить им жизнь, надо идти в полицию.
Оказалось, что все сообщили о пропавших, только не стали упоминать, что это оборотни.
— Но как вы не понимаете! Полиция знает о пропавшем студенте колледжа двадцати одного года, сорокапятилетнем отце семейства, одинокой женщине тридцати с чем-то лет и женатом мужчине того же возраста.
