За исключением разве что Бирюкова, но этому господину очень легко найти такой повод при желании. Думаю, вы меня понимаете, Ваше Императорское Величество.
— Вы очень хорошо осведомлены о дворцовых делах, граф. Да, Порфирий Григорьевич еще тот фрукт.
— Ну и насчет Верховцева я сомневаюсь, Николай Александрович, — посмотрел в глаза Императору Бестужев. — Я его знаю много лет, и он бы не стал участвовать в этой поганой истории. Он патриот, славный сын своего Отечества... В этом деле нужно хорошенько покопаться. Слишком дурной запах от него идет.
— Вот и покопайтесь, Георгий Васильевич. Я вас затем собственно и пригласил, — Романов развел руками. — Если говорить начистоту, мне нравится мальчишка и я был бы очень расстроен, если эта история окажется правдой. Будет обидно, если род Соколовых закончит свое существование. Так что меня интересует правда, а не скорость, я понятно излагаю?
— Вполне, Ваше Императорское Величество. Думаю, вскоре нам будут известны ответы на все вопросы в этом деле.
— Вот и прекрасно.
Только у меня к вам будет просьба, не нужно никому причинять страданий, пока у вас не будет четкой уверенности в чем-то, хорошо? Я не хочу, чтобы как только мальчишка вернется из Мурманского княжества, вы зажали ему яйца в раскаленных клещах и начали с ним беседовать. Договорились? Сделаете это позже, если факты найдут свое подтверждение.
— Предоставить ему полную свободу действий? Николай Александрович, до тех пор, пока мы не выясним обстоятельства по этому делу, было бы неплохо, чтобы Соколов был ограничен в передвижениях, — Бестужев пожал плечами.
— Если все это окажется правдой, не хотелось бы трать время на его поиски...
— Вот и ограничьте, — согласился Романов. — Просто не перегибайте палку.
— Хорошо, Ваше Императорское Величество, я вас понял. После того, как я с ним побеседую, Соколов будет находиться в своем владении, под нашим пристальным наблюдением.
— Кстати, остальных это тоже касается. Сделайте все профессионально, Георгий Васильевич. Не стоит сначала всем сломать ноги, а потом начать задавать вопросы.
— Николай Александрович, я...
— Только не говорите, что мои предупреждения напрасны, — не дал ему договорить Император. — Методы работы тайной канцелярии мне хорошо известны. После ваших кабинетов некоторые в себя до конца жизни не приходят. Я повторяю еще раз — меня интересует правда, а не скорость.
— Все понял, Ваше Императорское Величество."
"— Но и не тяните слишком долго — моим терпением злоупотреблять тоже не стоит.
