— Хрен с тобой, плюшевый! Но если она будет гадить по углам, то сам за ней будешь убирать, понял? — я скинул Рюкзак на траву.
— Крокодил карамба! — радостно завизжал плюшевый и потащил своего нового приятеля в Рюкзак.
Ну, если так и дальше пойдет, то у меня дома скоро целый зоопарк из иномирцев появится. Крокодил карамба!
Глава 10
Рязанское княжество.
Рязань.
Гостинично-ресторанный комплекс «Старая мельница».
Демид Сергеевич Баркалов пьянствовал в «Старой мельнице» уже третий день подряд и останавливаться на этом не собирался.
Вот уже на протяжении нескольких лет он ежемесячно уходил в запои, которые длились по пять-шесть дней. Такие многодневные загулы он называл симпозиумами.
Его отец, граф Сергей Иванович Баркалов поначалу пытался бороться с образом жизни непутевого сына, но со временем бросил это безнадежное дело. Менять своих привычек молодой виконт не желал. Он окружил себя такими же приятелями и предпочитал проводить время в их компании.
Граф даже стекольный завод приобрел после смерти Соколова, чтобы приобщить сына к делу, но все было без толку.
Завод его сынок благополучно просрал и позволил выкупить его ушлым сотрудникам сына Соколова практически задаром.
Это стало последней каплей, которая переполнила чашу терпения графа. Он перестал снабжать сына деньгами в безразмерном количестве и пообещал вовсе перекрыть молодому Демиду кислород, если тот не вернет завод.
Поначалу виконт оставил слова отца без внимания. Так часто бывало. Папенька наговорит всяких грубостей в порыве гнева, а потом ему становилось жаль своего сыночка и он вновь понемногу начинал давать ему деньги.
Так что все возвращалось на круги своя.
Вот только в этот раз все вышло иначе. Впервые Сергей Иванович не спешил менять гнев на милость и вновь ставить сынка на довольствие.
Зная, что отец прощает ему очень многое, какое-то время Баркалов младший пытался все делать ему назло. Рассчитывая на то, что графу надоест такое отношение сына и он первым пойдет на мировую. Но из этой затеи ничего не вышло.
Тогда виконт стал все чаще показываться дома пьяным. Это раздражало отца, который начинал воспитывать сына и тогда тот соглашался взять себя в руки в обмен на расположение графа. На самом деле, в руки он себя не брал и просто ночевал в гостиницах, чтобы не показываться на глаза отцу.
Вот как-то так они и жили последние годы. С тех самых пор, когда виконту стукнуло восемнадцать. Сейчас ему исполнилось уже двадцать два, так что выпито за это время им было немало.
