— Я знаю, что он не смог бы. Он просто в цепочке.
— Значит так. Хватит. Тут и думать не о чем. Моисей, когда ты просил найти дочь, ты сделал выбор. А было только два варианта! Либо мы тихо ищем крысу, либо спасаем Янку. А теперь поздно. Крыса залегла. И у нас опять нет выхода, кроме как притвориться лохами.
— Убрать! — прошептал Моисей. — Я убивал и за меньшее!
***
— Наскалов, вот скажи мне, почему по земле ходят такие козлы? — Серега весьма разрумянился от принятого на грудь.
Мы сидели в мягкой комнате ресторана Дубай.
На низком столике стоял кальян, бутылка виски. Серега пускал кольца в потолок, развалившись на диване, раскидав гору маленьких разноцветных подушек.
— Потому что им позволяют это делать. Папа пустил козла в свой огород, дал допуск к своей капусте, поделился землей, показал, как подминать под себя слабых безродных козликов. И вот он настолько поверил в себя, что забыл свое место! — я откинулся на мягкую спинку дивана, стараясь расслабиться. — Он мелкая шестерка.
— Как поймать того, кто руководит им?
— О! Это будет не скоро. Поверь, сначала мы поймаем еще несколько мелких крыс, прежде чем подберемся к «матке»!
— Ты хочешь сказать, что есть еще кто-то?
— Однозначно, — я достал все ту же папку и бросил ею в Лазарева, который уже несколько часов смотрит на меня косо, не решаясь спросить про содержание. — Он трус, потому что видно, что он начал двигаться мелкими шагами. Кирилл уже больше года спит с подругой жены. За последние десять месяцев, он переписал все, что записано на имя Янки, на себя.
Это я уже молчу о многозначной цифре его счетов.
— А ты говоришь, что он трус, — Лазарев сел, чтобы прочитать документы.
— Конечно, трус! Потому что, если чувак решил начать водить шашни, это значит, он решил, что скоро слиняет. Ему достаточно многомиллионного счета и все. Он не смотрит в корень, в потенциал открытых возможностей не потому, что не хочет, а потому, что глуп и ему страшно. Ой, как страшно!
— Ушлепок! — Серега отбросил документы и снова присосался к бутылке.
— Он мне никогда не нравился.
— Тогда, может, расскажешь?
— Он, как телка! Смотрит по сторонам. Ему важно, чтобы его костюм, тачка, квартира, были лучше, чем у других. Ты бы видел, с каким рвением он участвовал в организации собственной свадьбы! Позвал детдомовских дружков, чтобы показать статус…
— Статус! Да, он только это и имеет. Статус. Только он ничего не сделал для этого, он пользуется чужими заслугами.
