Она открыла дверь, послышались спокойные голоса, шорох бумажных пакетов, хлопок двери…
— Я жива! — крикнула она и захихикала. — И даже не надругались!
— Почему ее раньше не украли? — прошептал я и вернулся к чтению, плотно закрыв дверь.
— Я не знаю. Поэтому и говорю, что нужно быть полным отморозком, чтобы сделать это. О ее передвижениях знали только Моисей, Кирилл, водитель и сопровождающая машина охраны. В то утро охраны не было. Потому что Яна не предупредила. Это такой клубок случайностей!
— Чем естественнее совпадения, тем они маловероятны.
Это ясно, как божий день, что похищение липовое. Ее посадили в товарняк без сопровождения. Причем провели в свадебном платье по всему железнодорожному вокзалу. Я знаю, КАК похищать людей! И говорю тебе, что это не конец. Знаешь, Лазарь, можно недооценивать своих врагов, но никогда не нужно переоценивать преданность своих друзей! Поэтому… поехали…
Но не успели мы выйти из квартиры, как телефон Лазарева принес новость, подтверждающую мои слова… Иногда так хочется ошибиться хоть один раз! Один хренов раз!!!!!!
Глава 7
Олег"
"Громкое рычание за дверью запускало страх во многих, но не во мне.
Я прислонился к стене, осматриваясь вокруг. Коридоры частной больницы сверкали чистотой. Черный мрамор на полу, белоснежные стены, серые кожаные диваны вдоль окон.
Черная дверь распахнулась, оттуда выскочила медсестра в коротеньком белоснежном халатике. Она опустила глаза и, быстро передвигая стройными ножками, помчалась по коридору.
— Позови его!
Даже уточнять не нужно было.
Я знал, что Моисей говорит обо мне, но идти по первому свисту совершенно не хотелось. Я сел на диван и откинул голову, стараясь привести мысли в порядок. Когда мы с Лазарем выходили, ему позвонили и сообщили, что машину Моисея подорвали. Непонятно, то ли хотели припугнуть, то ли не рассчитали время, потому что машина рванула в тот момент, когда Моисей возвращался от любовницы. Охрана открыла двери подъезда высотки, чтобы встретить шефа, когда прогремел взрыв.
— Олег, идем, шеф зовет, — красное лицо Сереги показалось в дверном проеме палаты. Он поджимал губы и держал в руке неприкуренную сигарету.
Я встал с дивана и направился в палату. Моисей ходил по периметру огромной комнаты, скрестив руки за спиной. Палата была не просто просторной. Это была квартира-студия, здесь были и кухня, и гостиная, а перед окном стоял большой письменный стол. Я кивнул Моисею, который замер, сверкнув на меня глазами. Странный он.
