— А мне казалось, что все было наоборот. Моя тонкая натура с треском рухнула перед твоим напором.
— Ага! Точно, — толкнула его в плечо, но его рука мгновенно перехватила запястье, притягивая к себе ближе.
— К Т О Т А К О Й М А Р А Т? — по буквам произносил он.
— Олег, прекрати. Марат предложил попробовать, я и согласилась.
— А почему тогда не сказала?
— Когда? — пришлось потрудиться, чтобы освободиться от его хватки. На наше шуршание обернулась тетя Маша, но Олег даже не дернулся, продолжая сверлить меня взглядом.
— После первого секса? Ах… Нет! Там, где закончился первый, сразу начался второй раунд? Или я что-то упустила?
Олег бросил быстрый взгляд на Лазарева, и уже через мгновение на пол упала пиала с вареньем.
— Тетя Маша! Я такой неуклюжий? Где тряпка? Я сейчас все уберу! Знаете, как я умею мыть пол? Мама говорила, что варенье лучше стирать сухой тряпкой!
— Еще чего! Я в жизни не доверю тебе пол своей кухни! — женщина снова огрела «растяпу» полотенцем и вышла с кухни.
— Нет, позвольте мне доказать… — Сережа спрыгнул со столешницы и поплелся за ней следом.
— Я так отдраю пол, что зеркала можно будет выбрасывать…
— Ты не расслышала вопрос? Я могу повторить! — Олег схватил меня за затылок, притягивая к себе ближе. Мы едва касались губами. Его дыхание сильным потоком врывалось в мой рот, осушая слизистую. Я облизала губы, чуть высунув язык. — Кто такой Марат? И где его найти?"
"— Олег… — выдохнула я, пытаясь сосредоточиться. Но мысли улетели, не оставив и намека на ясность рассудка.
Он, как гипнотизер смотрел прямо в глаза, чуть прищурившись. Сделав небольшую паузу, вновь вернулся к моим губам, терзая их с большей силой. Я вцепилась пальцами в кожаную спинку стула, чтобы не рухнуть на пол. Потому что сил не осталось. Меня будто вытряхнули, осушив эмоционально до дна. Когда Олег отрывался, чтобы дать возможность вдохнуть немного воздуха, видела его самодовольную неприкрытую улыбку. Он немного медлил, а потом вновь продолжал. Он даже целовался не как все.
Чуть напряженные губы, властно обхватывающие мои. Он не касался, нет. Левой рукой жестко удерживал затылок так, как ему было нужно, а правая расслабленно лежала на подлокотнике стула. Взгляд сверкал, как огни на новогодней елке, меняя оттенки от нежности до какого-то разрывающего душу пламени.
— Говори, детка… Говори…
— Одноклассник. Мы встретились в универе. — Слова лились неконтролируемым потоком. Его лицо становилось мягче. — Прекрати…
И он прекратил.
