Соня стала искать, чем бы накормить малыша. Какую-нибудь одежду.
В избе была еще одна комната и кладовая. В кладовой шаром покати. Все выгребли подчистую. Но в печи Соня нашла завернутый в тряпицу хлеб и кусок засохшего сыра. Спрятать успели... Что ж, это уже хорошо. Наскоро перекусила. Сбегала за водой к роднику на площади.
Потом пошла осматриваться дальше.
В комнате за занавеской обнаружился распотрошенный сундук с тряпьем. Вещи валялись вокруг, там были какие-то ветхие штаны и рубахи, пора бесформенных выцветших платье, холщовые рубашки.
Разбойники их не взяли, судя по всему, старьем побрезговали.
Нашлось там и немного детских вещей. Вещи были ношеные - переношенные, видимо, не одно поколение детей в них выросло. Она не хотела задумываться, были ли у Нола братья и сестры. Просто выбрала из всей одежды что покрепче для себя и ребенка. Быстро переоделась, остальное связала в узелок.
То же самое и с минимально необходимым. В тот момент Соня, дикая горожанка, даже не задумывалась, действовала автоматически.
Нашлось чуть-чуть еды, это она тоже взяла, только одежду брать не стала. Странно. но одежда из дома старухи почему-то ощущалась почти как своя. Осмотривала пустые дома и как-то по наитию определяла, что именно из скудного скарба ей может пригодиться.
Просто она уже знала, как именно будет хоронить умерших. И потому торопилась. В комнате завозился Нол, стал звать маму. Заплакал.
- Иду, иду, малыш! - тут же откликнулась Соня. - Не плачь. Теперь я твоя мама. Хорошо?
- Хорошо, - неожиданно чисто выговорил мальчик, уставившись на нее серьезными глазенками.
- Теперь ты моя мама Ундина.
Ну вот опять. Чего они все ее Ундиной называют? Она наклонилась к малышу, взяв его ладошки в свои:
- Нол, меня зовут Соня.
- Да, мама Ундина Соня.
Поняв, что спорить бессмысленно, Ундина так Ундина, Соня умыла малыша, переодела, усадила кушать и настрого велела, чтобы из дому никуда не выходил. А сама побежала туда, где вчера было побоище. Сейчас тот бесхозный конь был бы очень кстати.
Пока бегала по деревне, приглядела в одном из дворов старую телегу.
По счастью конь действительно был там. Пасся неподалеку, общипывая кустаник на высоком берегу. Ни дать ни взять, коза. Поймать бы его еще...
Дело сдвинулось с мертвой точки и дальше, как ни странно, все пошло увереннее. Пойманный конь спокойно пошел за ней и даже позволил запрячь себя в ту телегу. Правда, отдельная тема, каким трудом для Сони было все это сделать... Но сделала.
