Но самым примечательным в незнакомце становится взгляд. Он одновременно морозит опасностью и удивляет ленивой расслабленностью. И это заставляет растеряться. Я никак не пойму: мне пугаться или достаточно просто насторожиться?
Одежда на незнакомце не отличается вычурными элементами, но всё равно понятно, что парнишка не прост. А когда он останавливается чуть позади Греаза-старшего и откидывает полу длинного плаща, который носит на одно плечо, я замечаю на его поясе ряд кинжалов и странного вида артефактов.
Заметив мой интерес, парень приподнимает уголок губ в ехидной ухмылке.
Мне знаком такой типаж обаятельных нахалов, а потому, вместо того чтобы вспыхнуть смущением, я, наоборот, поджимаю губы и недобро прищуриваюсь.
— Что за пижон? — почти не разжимая челюстей, спрашиваю у Рейва.
— Ноктис Феллард, правая рука отца. Человек с каплей драконьей крови, без зверя, но с аметистовым даром, — цедит в ответ Греаз. — Один из лучших специалистов Департамента скрытных дел.
— У нас проблемы?
Я даже не замечаю, как становлюсь к Рейву ближе и касаюсь его руки своей.
Дракон в ответ ловит мои пальчики и слегка их пожимает. Но тут же опускает, стоит только взгляду Греаза-старшего остановиться на нас.
— У нас проблемы, — кивает Рейвард.
— Почему?
— Хотя бы потому, что мать притащила Ворону, — шёпотом произносит Арм.
Оставив старших развлекаться непринуждённой приветственной беседой, принц подходит к нам.
— Кого? — так же тихо переспрашивает Мирра.
— Её.
Принц не указывает, но всем становится понятно, о ком он говорит.
Наши взгляды приковываются к незнакомке, пришедшей с отцом Рейва. Среднего роста, изящная, как фарфоровая статуэтка, женщина держится особняком. Её рыжие короткостриженые волосы уложены на одну сторону и закрывают часть лица. Одета она так, будто прямо сейчас готова броситься в бой: чёрный комбинезон закрывает незнакомку с головы до ног, а плащ, больше похожий на птичьи крылья, придаёт её образу какую-то безуминку. Холодный, отсутствующий взгляд голубых глаз блуждает по округе, ни на ком не останавливаясь.
И почему-то у меня возникает ощущение, что из всех троих именно эта странная женщина — самая опасная.
— Ворона, Авейра Баррейт, — произносит Рейвард, пока эта самая Авейра подходит ближе.
Её взгляд из отсутствующего становится любопытствующим. И к моему ужасу, весь её интерес направлен именно на меня.
— Она читает мысли? — спрашиваю я пересохшими губами. — Она уже поняла, кто я?
— Нет. Точнее, надеюсь, что нет.
