Я не хотела ехать туда одна и очень благодарна ему…
– Неужели тебе больше не к кому обратиться? Тара помогла бы тебе!
– Кто-то должен был остаться с тобой, – отозвалась Тара.
– Ничего не случилось бы, если б я несколько часов посидела одна. Или пошла бы с тобой.
– Ни в коем случае, – оборвала ее Джиллиан. – После того, что тебе пришлось пережить в том доме…
Глаза Бекки сверкнули, как две молнии.
– Не притворяйся, мама! Если б ты так беспокоилась обо мне, не спала бы с Джоном.
– Бекки! – закричала Джиллиан.
– Ты выдвигаешь очень серьезные обвинения, Бекки, – сказала Тара, поднимая глаза от бумаг.
– И что? С каких пор мне запрещено называть вещи своими именами?
– Он мой друг, Бекки, – спокойно ответила Джиллиан. – Друг – не более того.
Но Бекки больше ее не слышала.
– Перестань относиться ко мне как к ребенку! Ты так и не сказала мне, что делала в тот вечер, когда папу убили! Ты боишься…
– Я говорила тебе, что была в ресторане. Одна. Просто хотела немного собраться с мыслями.
– В ресторане? Одна? – Бекки злобно ухмыльнулась. – Ты никогда не обедаешь одна. Ты встречалась с Джоном, лежала с ним в постели, когда кто-то вломился в наш дом и застрелил папу…
На последних словах голос Бекки сорвался. То, что со стороны выглядело как ярость, на самом деле было болью и отчаянием. Полнейшим недоумением, в которое Бекки повергли недавние события. Страх смерти намертво засел в ее костях. В конце концов, она была ребенком – встревоженным, напуганным, раздавленным горем ребенком.
– Бекки…
Джиллиан приблизилась к дочери, но та развернулась и выбежала из комнаты. Дверь в ванную захлопнулась, дважды щелкнул замок.
Джиллиан и Тара переглянулись.
– Может, тебе действительно не стоит больше ее обманывать? – сказала Тара. – Бекки инстинктивно чувствует, что между тобой и Бёртоном есть что-то помимо обыкновенной дружбы. Этого не скроешь. А ложь не идет на пользу вашим с Бекки отношениям.
– Но если я признаюсь, она тем более меня возненавидит.
– Только представь себе, что пришлось пережить этой девочке. Ее отца убили, и сама она была на волосок от смерти. Ее мучают кошмарные сны. Привычный мир рушится, а в это время ее мать…
– Что? – спросила Джиллиан, когда Тара запнулась. – Что не так с ее матерью?
– Мне кажется, Бекки винит тебя в смерти Тома. Потому что ты оставила его одного в тот вечер.
– Но откуда мне было знать?
– Все так, но поставь себя на ее место.
