Черный фон и два световых конуса – лучи ламп или прожекторов. Резкие мазки, как будто художница в ярости замазывала что-то на холсте. Ни на одной другой картине ничего подобного не было. Всюду – покой и умиротворенность, во множестве тщательно и с любовью прописанных деталей.
Но Кристи подумала, что талант художницы в этом страстном полотне проявился, пожалуй, в большей степени, чем в цветочных летних пейзажах. Она недоумевала, что именно наделяет картину такой сильной энергетикой.
– И что это значит? Что скажете, сержант?
– Свет автомобильных фар в ночи, – не задумываясь ответила Кристи.
Инспектор кивнул и прищурился.
– То есть вам кажется, что вы смотрите прямо на источник света…
– На источник света? – не поняла Кристи. – Вы о чем?
– Ну… просто у меня такое впечатление, что это не тот свет, который видишь, когда машина слепит тебя фарами. Скорее… отражение, что ли.
– Возможно, – согласилась Кристи. – Но откуда это видно?
– Сам не знаю… Ну, к примеру, свет автомобильных фар, скользящий по стене.
– Я не понимаю, что…
– Я сам ничего не понимаю. Очень может быть, что это совершенно неважно. Но эта картина сильно отличается от остальных. И она была прикрыта, как будто Энн Уэстли сама избегала лишний раз на нее смотреть. Тем не менее она это нарисовала и, как мне кажется, довольно прочувствованно."
"Кристи согласилась, не особенно веря, что это что-то даст расследованию.
– Сэр, все это не более чем наши смутные догадки. И мы всё еще не знаем…
– Мы ничего не знаем, все верно, – нетерпеливо перебил инспектор.
– Но нужно ведь с чего-то начинать. Я не художник и не психолог, но страх – первое, что бросается в глаза в этой работе. В большей степени, чем гнев или агрессия. Энн Уэстли чего-то или кого-то боялась, и это то, что напоминает о Карле Робертс. Та тоже боялась, что и пыталась донести до своей дочери в последнем телефонном разговоре. Здесь точка соприкосновения, поэтому это для нас так важно.
– Думаете, это нас к чему-нибудь приведет?
Инспектор продолжал разглядывать картину.
– Ни малейшего понятия. Но если хотите знать мое мнение, Энн Уэстли знала, что ей грозит опасность. Поэтому и собралась переезжать за две недели до Рождества. Преступник был где-то рядом с ней – и, возможно, длительное время. И она это заметила.
– Но где он сейчас?
Филдер не ответил и наконец оторвался от полотна. Смотреть на него и дальше не имело смысла.
