К счастью для наагалеев, купание в сугробе он не посчитал достойным своего внимания.
– Давай сюда, ему пора есть.
– Ну папа! – Риалаш попытался было отпихнуть отцовские руки хвостом, но дед предательски впихнул его Дейшу в объятия.
– Приятного аппетита, Риалаш, – пропел Ссадаши.
– Кушай хорошо, – вторил ему Вааш.
Мальчишка насупился ещё больше, но спорить не стал, зная, что против такой силы он всё равно ничего сделать не сможет.
– Наагашейд!
Дейш, уже развернувшийся, чтобы ползти к дому, раздражённо посмотрел через плечо.
К нему спешил незнакомый наг, видимо, кто-то из охраны. Вид у мужчины был обеспокоенным донельзя."
"– Наагашейд, наагариш Зэйшер просил передать, что он не сможет присутствовать на вечернем собрании. И… и остальные наагариши тоже.
Дейширолеш полностью развернулся. Все наагариши? Произошло что-то серьёзное?
– Что-то случилось?
Хвост посланника нервно дёрнулся, и он стыдливо, словно произошло что-то позорное, опустил глаза.
– Дочь наагариша Зэйшера пропала.
– Что? – переспросил Дейш.
Ему показалось, что он ослышался. Зайзишарцы следили за безопасностью своих женщин и детей с параноидальной заботливостью. Порой некоторые женщины за всю свою жизнь бывают за пределами поселения, в котором живут, всего несколько раз. И не стремятся бывать. Их с детства воспитывают с мыслью, что мир лесов слишком жесток и без помощи мужчины им не выжить. Дейш впервые слышал о том, чтобы в Зайзишаре пропала женщина.
– Когда это случилось? – требовательно спросил Дейширолеш.
– Мы предполагаем, что утром, – неуверенно ответил посланник.
– Неладное заметил один из часовых. Он увидел Дириша. Это брат Миирики, близкой подруги госпожи Иллазы. Но около полутора часов назад его выпустили из Зиишиира за дровами и он не возвращался. А тут он мимо прошёл. Ну они тревогу подняли, начали искать Миирику, и выяснилось, что ни её, ни госпожи Иллазы нигде нет. Мы сейчас прочёсываем всё поселение, а наагариш и ещё несколько отрядов поехали к горам. Видите ли, Миирика очень похожа на своего брата, и… – он не договорил.
Щёки его покраснели от стыда.
Ваашу стало его немного жаль.
– Вы не первые, кто на подобную уловку попадается, – пробасил он. – Вот, – наагалей хлопнул по плечу Ссадаши, – в бабу как-то переоделся, чтобы с караваном из города смыться.
– Вааш, – процедил сквозь зубы Ссадаши.
– Заткнулись оба! – раздражённо прошипел наагашейд, посчитавший утешение совершенно неуместным. Хвост его резко вскинулся, и друзья настороженно посмотрели на него.
