Я подошла и задумчиво потрогала влажную почву. Растение уже пересажено из магазинного горшочка в чрезвычайно огромный и неподходящий ему глиняный жбан. Вообще-то, правильно, этот уродец обещает вырасти гигантом. Я стояла и улыбалась, разглядывая колючки.
Купил все-таки. Зачем? Не для того, чтобы мне презентовать, иначе сразу же и подарил бы. И точно не тогда, когда поехал за мной на свидание. Раньше — в течение той самой недели, когда я его мариновала. Так зачем? Интересно, ты сам знаешь причину, непроницаемый Кирилл Алексеевич? Не так-то просты твои эмоции ко мне, человек, не переносящий на рефлекторном уровне любые проявления романтики.
Но чтобы вытащить их на поверхность, сегодняшних моих маневров недостаточно. Нужно что-то сильнее, чем попытки извиваться в твоих руках. Ты должен не только захотеть, чтобы кактус зацвел, ты должен признаться себе в том, что больше ничего так не хочешь
В спальне я скинула полотенце и легла в постель. Тут же попала в объятия. Скорее всего, разбудила. А может, все-таки не спал.
Но голос прозвучал довольно бодро:
— Ты ведь не избегаешь меня, Маш?
— Нет, — я прошептала, закрывая глаза. — И собираюсь провести с тобой завтрашний выходной.
— Тогда поедем покупать тебе нижнее белье. Его тоже буду выбирать я.
— Поедем.
Я развернулась в его руках, обнимая за шею. Уткнулась лицом теплую кожу и только после этого позволила себе погрузиться в дремоту. Пусть воспринимает как хочет. Мы в любом случае выходим на новый уровень, даже если он пока не готов. Я тоже не готова, потому эти минутки нежности перед началом войны мне нужны.
Не проспать бы начало…
Глава 25
Это был чудесный день, закончившийся чудесным ужином в маленьком восточном ресторанчике. И чем ближе было наше расставание, тем свободнее я себя ощущала. Зная, как его заводит мое смущение, осознанно это контролировала и волнения не выдавала.
— Кир, я могу сказать тебе кое-что личное?
— Только этого и жду, — он вовремя спрятал внимательный взгляд, чтобы не сбить меня с мысли. — Маш, заказать тебе еще салат?
— Нет, спасибо.
Я хочу кое в чем признаться, — сделала задумчивую паузу, но прямого взгляда не отвела. — Кир, мне нравится. В смысле всё, что между нами происходит. Подчиняться нравится, пусть только в сексе. Ты мне это показал, но теперь я готова об этом заявить вслух. Не улыбайся так! Не улыбайся, говорю!
— Я даже и не думал улыбаться. У меня просто мимика такая, приросла — не отлепишь. Так о чем ты там таком неинтересном? Продолжай.
