Забавно, но пару недель назад я отмазала его по той же причине для того, чтобы он наоборот остался дома. И видела я из окна эти семейные обстоятельства.
– Кажется, Амелия решила сбежать из дома по тем же причинам, – сказала я, высматривая впереди черную макушку Циглер. Еще по пути сюда заметила Амелию в кресле у окна с большими наушниками на голове и уже привычным отсутствующим видом.
– Ирка мне все уши прожужжала про их с бабкой ведьминский шабаш, – с восхищением в голосе сказал Даня. – Как думаешь, Азарова, Амелия – настоящая ведьма?
– Ты собираешься всю дорогу трещать без умолку? – решила я перевести тему разговора.
Обсуждать психованную Циглер – последнее, что мне хотелось. Хотя после драки я все же сомневалась в причастности Амелии к угрозам…
– Тот же вопрос, – согласился со мной Никита по поводу чрезмерной болтливости друга.
– Ой, да пошли вы, – поморщился Даня, отворачиваясь к окну. Но затем в течение десяти минут еще раза три поворачивался к нам с Яровым с глупыми вопросами по поводу распорядка дня в лагере.
Автобус выехал на трассу, и вскоре монотонная дорога с мелькающими деревьями, полями и столбами убаюкала Третьякова. Так он продрых до самого лагеря.
Я задумчиво смотрела в окно, пока Никита не протянул наушник.
– Что на этот раз?
– I miss you. Знаю, ты вся такая взрослая и выросшая из такой музыки, и если вдруг ты не хочешь...
– Спасибо, – улыбнулась я, принимая из рук Никиты наушник.
Отец любил blink-182, когда сам был двадцатилетним. Странно, что Никита держит их в своем плейлисте, потому как у меня они ассоциируются лишь с нашими поездками на дачу к тете Соне, когда мы брали с собой Ярового, и слушали эту песню в папиной машине.
..
Я сама не заметила, как уснула в объятиях Никиты.
Из автобуса я вышла, на удивление, отлично выспавшаяся. В нос сразу ударил запах смолы и земляники. Вдалеке за высокими соснами виднелись светлые стены корпусов.
У Никиты была забавная походка. Кажется, за два часа дороги я все-таки отсидела ему ноги. А вот Даня выдрыхся и был воодушевлен.
Сладко потягиваясь, он уже оглядывал незнакомых девчонок из соседних школ.
– Нормас! Никитос, вон та тебе как, светленькая? Твой типаж.
Никита уткнулся в телефон и даже головы не поднял.
– О, не-ет! – взвыла подошедшая к нам Ирка. Несмотря на то что она сидела в середине салона, автобус подруга покинула одной из последних. – Только не говорите, что этот мачо недоделанный снова подружку себе ищет. Дома мне этого будто не хватает.
