– Скатертью, скатертью дальний путь стелется и упирается прямо в небосклон...
Я пела, косясь на Никиту. Яровой шел рядом, улыбался и смотрел под ноги. В ту же секунду поймала себя на мысли, что в груди больше ничего не болит, и жизнь моя будто больше не рушится. Мир замер в неге этого солнечного дня.
Мы снова очутились в лесу. Темные ели плотно подступали к узкой тропинке, которая вела к озеру. Идти по ней вдвоем было тесно, поэтому мы постоянно задевали друг друга… В один момент, когда наши руки снова встретились, я не сдержалась и на этот раз первой взяла Никиту за ладонь.
– Вера, не мучай меня, – выдохнул Яровой.
– О чем ты? – тихо спросила я, выпуская его руку. Сбавила шаг. Никита прошел еще пару метров без меня и обернулся.
– Будто ты не понимаешь, что происходит между нами.
Я молча смотрела на Никиту. Конечно, я все понимала. Внезапное ощущение счастья было таким острым, что мне захотелось, чтобы этот день никогда не заканчивался. Навсегда остались этот лес, это озеро, эти щебечущие над головой птицы… Сердце выбивало бешеный ритм: «Люб-лю-люб-лю».
– Так сильно хочу тебя обнять, – продолжил Никита, глядя мне в глаза. – Будто это единственное, что сейчас по-настоящему важно в мире.
– Обними, – сказала я одними губами. Голос от волнения совсем пропал."
"Никита сделал пару шагов ко мне навстречу, обнял, и его лицо зарылось в моих волосах. Я тут же обняла его в ответ. Когда наши губы встретились, дыхание перехватило. Никита прижимал меня к себе, с напором целуя. А я так вцепилась в его плечи, будто боялась, что он снова может исчезнуть из моей жизни, как сделал это два года назад…
Неистово целоваться посреди темного хвойного леса… Больше ничего не болит и ничего не рушится.
***
Наверное, теперь я всегда буду думать о Никите. Каждую секунду. Утром, днем, вечером... И, может быть, даже во сне.
Перед тем, как уснуть, я прокручивала в голове прошедший день. Наш незапланированный побег из лагеря в зеленые еловые «джунгли». Мы вернулись на территорию летней школы только после полдника.
Ирка докапывалась, где я пропадала все это время. Я рассказала о сообщении от мамы и о том, что со мной рядом был Никита. Тогда Третьякова лишь заулыбалась и больше ни о чем не спрашивала. Интересно, как давно она догадывалась о наших чувствах? Возможно, даже раньше нас самих...
Мы с Никитой провели весь день у лесного озера. Пускали блинчики по воде, обнимались, много болтали и просто целовались.
– Сегодня я впервые поцеловалась, – призналась я.
