– Даже была мысль, что ты стремянку испортила. Тогда бы меня вычеркнули из списка.
– Что? – Циглер хрипло расхохоталась. – Фильмов насмотрелась? Глупости какие! С чего ты так решила?
– Твоя фраза: «Что ж, посмотрим, кто поедет» нас с Иркой очень напугала, – криво улыбнулась я.
– Стремянка мне сразу показалась хлипкой, – ответила Амелия. – Вообще понятия не имею, кому в голову пришло ее использовать в качестве реквизита. А по поводу своей фразы… У моей бабушки много друзей в РОНО, думала, через них выбить себе путевку.
Я ж даже не предполагала, что кто-то может покалечиться.
– А-а-а… – протянула я. Честно, мне стало намного легче. Я сама не успела заметить, как прониклась симпатией к Амелии. А после случая в столовой, когда Циглер внезапно вступилась за Диану, я ее зауважала.
Летний ветер подул с новой силой, обдал нас запахом приближающейся грозы, перевернул несколько страниц в раскрытой книге Амелии… Циглер тут же захлопнула ее, продемонстрировав мне лишь плотную черную обложку.
– А почему я тебе не нравлюсь? – решила я задать новый вопрос.
Мне показалось, что этот предгрозовой июньский вечер – отличная возможность поговорить наконец по душам и наладить отношения.
– Почему ты так думаешь?
Впервые видела, как щеки Амелии заалели. Для меня стало открытием, что эту не пробивную храбрую девчонку можно чем-то смутить.
– Будем честны, наше общение сразу не задалось, – рассмеялась я, вспомнив, как в первый учебный день в девятом классе пыталась согнать Амелию со своего места. – Ты обозвала меня Барби и посоветовала сменить мозги.
Да и в лагере нас обзывала… Неужели мы действительно настолько пусты и неинтересны?
– Честно? – почему-то шепотом спросила Амелия. – Все совсем наоборот.
– Это как? – озадачилась я."
"– До девятого класса я поменяла семь школ. Я, правда, живу без мамы, только ни в какой выгребной яме она меня не оставляла. Это я специально сочинила, чтобы Дианку и Иру напугать.
Больно они болтали в тот вечер.
Я только головой покачала. Все-таки Циглер – сумасшедшая!
– До перехода в нашу гимназию я жила в полной семье. Отец у меня военный. Мы часто переезжали, почти каждое первое сентября я шла в новую школу и ни в одной не могла найти себе друзей. А в последней вообще началась настоящая травля. В конце концов, я попросила, чтобы меня оставили жить с бабушкой, потому что в какой-то момент поняла, что просто сойду с ума.
