Среди обитателей станции ходили слухи, что размер в пять лутов был установлен потому, что столько на «Триммин-Коррейн» стоила одна порция самой дешевой уличной еды типа соевой сосиски в тесте или кулька с тушеными водорослями, но старший диспетчер сильно сомневался, что дело в этом. Более достоверной версией ему казалась привязка этой суммы к суточной стоимости поддержания сетевого аккаунта на станции. Дорого? А что вы хотели, господа, здесь Окраина…
— Ладно, его уже можно забирать?
— Ну, если твоя служба берет на себя оплату медкапсулы, то да.
— Берет, — тихо вздохнул старший диспетчер, у которого мелькнула мысль, что с этим стажером они еще намаются…"
"Следующие несколько дней только подтвердили опасение старшего диспетчера. Начать с того, что этот идиот напрочь отказался оформлять кредит и гасить наложенные на него штрафы. Он заявил, что его оштрафовали нечестно, что во всем виноват был «тот урод с бородой» и что он ничего платить не собирается. В принципе да и хрен бы с ним! Ну и что с того, что льготный период на оплату штрафа на станции определен всего в пять дней, после чего Служба по поддержанию общественного порядка начисляет за просрочку по одному проценту выставленной суммы в день? Хочет заплатить в разы больше, чем начислено — его дело.
Но подобное отношение к оплате штрафов кроме финансовых потерь ведет еще и к понижению рейтинга социальной адаптации. А поскольку Диспетчерская служба на любой станции относилась к «социально ответственным институтам», от работы которых зависело благополучие всех обитателей станции, в любом диспетчерском искине стоял программный запрет на работу с оператором, имеющим низкий рейтинг.
Получается, что все надежды на нового сотрудника с таким его подходом вполне могли окончиться только необоснованными затратами.
Беседа с задиристым стажером вылилась в форменную истерику. Пришлось обращаться к владельцу станции, но и попытка Карная Триммина вправить буяну мозги оказалась лишь частично успешной: кредит стажер взял и штраф погасил, но при этом страшно на всех обиделся.
А выяснилось это только тогда, когда старший диспетчер, озабоченный тем, что Ташил опоздал на свою смену уже почти на полчаса, отправил за ним посыльного. Тот обнаружил стажера в его комнате, пьяного в умат. Причем Ташил, обнаружив перед собой некое одушевленное существо, тут же начал жаловаться ему «на этих сук» и «козлов», которые «воруют и обирают честных людей», а его вот заставили влезть в долговую кабалу к «этим козлам в банках».
