Но одно понятно — ребята не из глупых. Проверить должны.
— Эй! Вы! На струге! — уверенно прокричали откуда-то слева. — Иридианин и второй! Мы знаем, что вы там! Выходите!
Переглянувшись, мы встретили в глазах друг друга одинаково нехорошее подозрение.
— Думаете, карающие? — нервно уточнил я.
— И как они нас так быстро догнали?! — не менее нервно вопросом на вопрос ответил епископ.
— Не знаю как вам, а я выходить не хочу.
— Чего молчите?! — не выдержал неизвестный. — Если не выйдете, мы переправим часть наших на другой берег и с двух сторон вас достанем стрелами, где бы вы ни укрылись.
Или даже огонь пустим: нам лодка не нужна — нам только вы нужны!
Да уж… ситуация. И что совсем уж паршиво — выхода из нее не видно. Все козыри у лучников. Мы здесь в ловушке. Хотя…
— Конфидус, вы плавать умеете?
— Нет. Зачем это мне — я же не моряк.
— Плохо. Значит, придется вам поговорить с нашими новыми друзьями.
— О чем мне с ними говорить?!
— О чем угодно, но только отвлеките. Попробую под прикрытием стойл добраться до правого борта, а дальше в воду.
— И что вы делать будете в воде? Уплыть вряд ли позволят — стрелами достанут."
"— Мы сейчас на мели. Если получится столкнуть лодку с нее, то течение понесет нас вниз. Может, и удастся уйти.
— Была бы река нормальной — ушли, а в этом ручье вряд ли: опять остановимся.
— Ну не сидеть же просто так! Или есть другие предложения? Нет?
— Дан, на суше я бы им показал, но вода — не моя стихия. Уж простите.
— Ну тогда отвлекайте!
Епископ, вздохнув, набрав в грудь побольше воздуха, выкрикнул:
— А вы кто вообще такие?!
— Люди мы, хорошие и добрые! Давай выходи!
— Я и есть тот самый иридианин, и мне интересно знать, зачем я вам понадобился.
А то мало ли…
— На берегу все тебе расскажем! Выходи давай!
Может, ребята и неглупые, но наивные до последней степени наивности: кто же к ним после такого салюта выйти рискнет.
Не прислушиваясь больше к вялотекущему переговорному процессу, я заполз в гости к лошадкам — понизу стойла были открыты со всех сторон для удобства уборки.
Пугливое животное всхрапнуло, но сильного страха не проявило — признало своего, хотя и удивилось странностям человеческого поведения. Переполз на другую сторону. Все — дальше борт, а за ним водная гладь. Невысоко, но неизвестно — просматривается эта часть лодки или нет.
Изучив левый берег через щели в ограждении стойла, убедился, что он невысокий — за этими щитами, по идее, палуба не должна просматриваться с позиции стрелков.
