Я обнимаю его вокруг шеи и тихонько плачу. Мы стоим так целую вечность, и я так благодарна что мой друг здесь. Мы разделяемся, когда Сойер присоединяется к нам в приемном покое. Мистер Родригес вручает мне платок из коробки, и я вытираю свои слезы.
— Это мистер Сойер. Охранник. — Сойер вежливо кивнул Хосе и мистеру Родригесу и сел с краю.
— Садись, Ана. — Хосе сопровождает меня к одному из виниловых кресел.
— Что произошло? Вы знаете, как он? Что они делают?
Хосе поднимает руки, чтобы остановить шквал вопросов и садится рядом со мной.
— У нас нет никаких новостей. Рэй, папа, и я были на рыбалке в Астории. Нас сбил какой-то глупый чертов пьяница…
Мистер Родригес пытается прервать его, бормоча извинения.
— Успокойся, папа! — резко говорит Хосе. — На мне нет следов, кроме пары синяков на ребрах и я немного оглушен. Папа… ну, папа сломал запястье и лодыжку. Однако автомобиль врезался со стороны пассажира и Рэй…
Ох, нет, нет… Паника снова охватывает меня. Нет, нет, нет. Мое тело бросает в дрожь и озноб, в то время как я представляю что происходит с Рэем.
— Он в операционной. Мы были доставлены в общественную больницу Астории, но они переправили Рэя сюда. Мы не знаем, что они делают. И ждем новостей.
Меня начало трясти.
— Эй, Ана, ты замерзла?
Я киваю. Я в белом топе и черном летнем пиджаке, который не греет. Осторожно, Хосе снимает свою кожаную куртку и укутывает в нее мои плечи.
— Могу я принести чай, мэм? — спрашивает у меня Сойер. Я киваю с благодарностью, и он исчезает из комнаты.
— Почему вы рыбачили в Астории? — спрашиваю я.
Хосе пожимает плечами.
— Предполагалось, что там хорошая рыбалка. Мы хотели устроить мальчишник. Хотели побыть некоторое время с моим стариком, до начала моего последнего учебного года в университете. — Темные глаза Хосе большие и светятся страхом и сожалением.
— Ты тоже, мог бы быть ранен. И мистер Родригес хуже. — Я задыхаюсь при этой мысли. Моя температура тела опускается ниже, и я дрожу еще больше. Хосе берет меня за руку.
— Боже, Ана, ты продрогла.
Мистер Родригес слегка подался вперед и взял мою другую руку в свою здоровую.
— Ана, мне так жаль.
— Мистер Родригес, пожалуйста. Это был несчастный случай. — Мой голос затихает до шепота.
— Называй меня сеньор Хосе, — поправляет он меня. Я едва улыбаюсь ему, потому что это все, что я могу сделать. Я вздрагиваю еще раз.
— Полиция арестовала этого кретина. В семь утра этот парень был пьяный в стельку, — прошипел с отвращением Хосе.
