За исключением того, что сейчас я узнаю вино, которое предпочитает Кристиан — «Sancerre».
— Хм, — бормочу я в знак благодарности.
— Ты любишь вино? — шепчет он, и его теплое дыхание на моей щеке. Я окунаюсь в его близость, его энергию, тепло — волнами исходящее от его тела, — хотя он не касается меня.
— Да, — шепчу я.
— Еще?
— Я всегда хочу большего с тобой.
Я почти слышу его усмешку. Это заставляет усмехнуться и меня.
— Миссис Грей, вы флиртуете со мной?
— Да.
Его обручальное кольцо звенит о стекло бокала, пока он делает еще глоток вина.
Теперь это сексуальный звук. На этот раз он притягивает мою голову обратно, прижимая меня. Он целует меня еще раз, и я жадно глотаю вино, которое он дает мне из своих губ. Он улыбается, когда снова целует меня.
— Голодна?
— Я думаю, что мы уже установили это, мистер Грей.
Трубадур из айпода поет о злых играх. Хм. Как уместно.
Микроволновая печь свистит, и Кристиан отпускает меня. Я сижу вертикально. Еда пахнет пряно: чеснок, мята, оригано, розмарин и ягненок, я думаю.
Дверь микроволновой печи открывается, и аппетитный запах становится сильнее.
— Дерьмо! Господи! — Сыплет проклятиями Кристиан и тарелка с грохотом опускается на столешницу.
О Пятьдесят!
— Ты в порядке?
— Да, — быстро отвечает он, напряженным голосом. Мгновением позже он снова стоит рядом со мной.
— Я только что обжегся. Здесь. — Он кладет свой указательный палец в мой рот. — Возможно, ты пососешь его лучше.
— Ох. Сжимая его руку, я медленно тяну его палец из моего рта.
— Вот, вот, — успокаиваю я его и наклоняясь вперед, дую, охлаждая его палец, затем дважды мягко целую его. Он перестает дышать. Я снова беру его в рот и мягко посасываю. Он резко вздыхает и этот звук отдается у меня в паху. Он как всегда восхитительный на вкус, и я узнаю его игру — медленное соблазнение его жены. Я думала, что он сердится, а сейчас?.. Это мужчина — мой муж, так смущен. Но именно таким он мне и нравится. Игривый. Забавный. Адски сексуальный. Он дал мне несколько ответов, но я ненасытна.
Я хочу больше, но и играть я тоже хочу. После сегодняшних беспокойств, напряжения и кошмара прошлой ночью с Джеком, это желанное отвлечение.
— О чем ты думаешь? — Спрашивает Кристиан, останавливая ход моих мыслей, вынимая свой палец у меня изо рта.
— Какой ты непостоянный.
Он стоит рядом со мной.
— Пятьдесят оттенков, детка, — говорит он в конечном счете и оставляет нежный поцелуй на уголке моих губ.
— Мои Пятьдесят Оттенков, — шепчу я.
