– Стойте! – вырвался я одним движением – магия начала постепенно возвращаться, и сейчас мне даже ее флера хватило, чтобы оттолкнуть стражников на пару шагов. Но я снова оказался пуст… – Как именно умер король?
– Будто ты не знаешь, – призывая своего волка, зло прошипел Олгриут. Его спутник двинулся на меня и продемонстрировал острые зубы. – Кинжал в сердце! Кто еще, кроме второго человека в Джасаре, мог бы попасть в покои короля с оружием? Мечтал занять его место, Драген? Нужно было тщательнее все планировать, ведь есть свидетель твоего преступления.
Меня снова схватили, но я уже не сопротивлялся. Обвинения серьезные! Наверняка Олгриут нашел подставного свидетеля, слово которого имело вес в обществе, потому как ни один из присутствующих на площади сейлоров не возразил новому главе сейма. А что последнее именно так, ясно из командного тона и неприкрытой радости.
Но если во дворце случилась беда, то, возможно, в этой суматохе Светлану не обнаружили. Наверное, моей иномирянке удалось вернуться в свои покои незамеченной.
– Шанн, – позвал я, когда меня волокли к дворцу. – Найди ее.
– Поймайте его спутника! – взревел Олгриут. – Это сообщник убийцы короля!
Но орел скрылся прежде, чем стражники успели достать луки и стрелы. К сожалению, у меня подобных способностей летать не было.
Сколько я провел в полной темноте темницы – сказать трудно, но не меньше суток. Мой резерв начал восстанавливаться. А едва я понял, что готов применить силу, как дверь распахнулась, полоснув по глазам ярким светом, и прогремел знакомый голос:
– Придурки! Вы бы ему еще меч в руки дали.
Сейлор Драген могущественный маг, и вам еще повезло, что убийца после преступления не восстановил свой магический резерв. Немедленно отведите его в зачарованную камеру!
Вскоре меня втолкнули в другую темницу, и я сразу понял, что теперь буду не один. Дверь за спиной захлопнулась. Я прищурился и тут же узнал соседа по несчастью.
– Неожиданно.
Глава 49. Светлана
Его взгляд…
Мне не позволили долго смотреть на принца, однако перед внутренним взором остался этот взгляд.
Глубокий, будто пропитанный болью, пронизывающий до мозга костей, тяжелый и… злой. Я перебирала пальцами почерневшую после пламени дракона ткань платья и не могла найти причины этой разницы. Эмпир и раньше не вызывал теплых чувств. Да, он часто играл на публику, однако никогда… Никогда в нем не появлялось такой ненависти к окружающим. Даже к Драгену!
– Мы нашли воровку возле сокровищницы, – отчитался фальшивый стражник.
