– Ты просто идиот, – возмутилась она и уже хотела потребовать остановить машину, но Роман впился в ее рот поцелуем, напрочь лишая остатков разума.
– Это все ты, – рыкнул Марк, передавая трубку Татьяне Фокиной. – Тоже мне МХАТ имени Чехова. Тебя кто просил вмешиваться?
– Ты первый начал, – гневно бросила она и с раздражением ткнула в кнопку завибрировавшего айфона. – Да, Рома, – пробурчала недовольно. – Не надо меня забирать. Так отцу и скажи. Нет, меня Марк отвезет, – пресекла она увещевания брата и добавила ехидно: – Или Марсель.
Кого-нибудь из них попрошу…
– Ты самая невероятная женщина, – тяжело вздохнул Марк. – Как меня угораздило познакомиться с тобой?
– Не знаю, – огрызнулась Фокина. – Задействовал ЦРУ, ФБР. Меня выследили в Италии, довели до Франкфурта. Заполонили все заведения общепита массовкой и только рядом с тобой оставили свободное место, – фыркнула она. – Выдали тебе паспорт на имя французского города, приписали несуществующую фамилию… – процедила Татьяна и, обняв себя обеими руками, отвернулась.
В распахнутые окна дул холодный мартовский ветер. Официанты убирали последние свидетельства недавнего дебоша. Расставляли столы, покрывая их чистыми скатертями. Около сцены маячила пухлая блондинка в обтягивающем брючном костюме, а на балконе курила Галя Зубова. Вокруг нее скакал Хоук и, маша руками, словно мельница, что-то доказывал. Таня поежилась. От холода или от нервотрепки. Покрепче обхватила себя, стараясь сдержаться. Танцы с бубнами закончились. Теперь пришло время спокойно без лишней драмы попрощаться с Марком.
Забрать из гардероба шубку и вызвать такси.
– Это моя настоящая фамилия. С таким папашей, как у нас, лучше поберечься, – рыкнул он. – И зовут меня Марсель. Я от тебя ничего не скрывал, – пробурчал он обидчиво.
– А отец не обижается? – пробормотала Татьяна, будто ее это касалось.
– Нет, – усмехнулся Марк. – Янхель мужик умный. Все понимает… И когда мама и Галя записывали детей на свои фамилии, не возражал.
– Мне пора, – заявила она. – Завтра рано вставать…
– Подожди, – он подошел почти вплотную.
И Татьяна ощутила его тепло и чуть было не придвинулась к нему поближе. Остановила себя. Успела подавить глупый порыв. Но Марк, обхватив за плечи, прижал ее к себе. Даже умудрился укутать пиджаком, заметив, что она дрожит. Таня замерла, решив подождать, когда ему надоест играть в дурацкие игры.
«У каждого свой путь, – мысленно вздохнула она. – Да и нашим родственникам удалось развести нас по разные стороны баррикад.
