Милка улыбнулась и затараторила радостно. Потянулась за черновиками, лежащими в файлике. Принялась азартно показывать, каким образом она получила каждую цифру.
– Тут все верно, Танья, – спокойно заметил Марсель. – В доходах ошибок нет. Оба расчета сходятся…
– А в чем расхождения? – отвлеклась от айфона Фокина.
– Понятия не имею, – хмыкнул он. – И не собираюсь разбираться. Ты просила найти правильный вариант. Вот он, – широкая ладонь Марселя легла на расчет Камиллы. – А это, – поморщившись, откинул он в сторону. – Повесь в туалете на гвоздик.
И замени специалиста, – усмехнулся лениво.
Зоя охнула от возмущения и пошла красными пятнами.
– А вы, вообще, кто такой? – рыкнула она, чуть приподнявшись.
– У Татьяны Андреевны узнаете, – хмыкнул он, пришпилив Зойку недовольным взглядом. Потом повернулся к Фокиной и нехотя заметил: – Полагаю, разбор полетов завершен.
Она кивнула обалдело.
– Тогда я обедать, – протянул Марсель, поднимаясь из-за стола.
– Да, – забила крыльями Татьяна. – Совещание закончено, – торопливо бросила подчиненным.
Камилла встала из-за стола. Встретилась с робким взглядом Юльки. Мягкотелая и добрая начальница почему-то теперь вызывала отвращение. Милка отвела глаза, собирая со стола бумаги. Она не чувствовала радости победы, понимала, что, если бы не так называемый Марсель, ее бы раскатали тонким слоем.
«Удивительно, как он сюда попал, – подумала она, стараясь не выдать себя. – Побежать следом, когда он уйдет? Намекнуть, чтобы задержался?»
Она повернулась к гостю Фокиной, надевавшему длиннополое пальто из темно-синего кашемира.
Встретилась с Марселем взглядом и на короткий миг застыла на месте.
– Ты обедать собираешься? – на виду у всех поинтересовался он у нее. – Может, посидим, поболтаем где-нибудь в приличном заведении? – предложил улыбаясь.
– Конечно, – радостно кивнула Камилла. – Сейчас только сумку возьму.
– Мила, – тихо вздохнула Юлия.
– Если уйдешь с ним, – пригрозила Фокина. – Заявление напишешь по собственному…
– Ты держишься за эту работу? – криво усмехнулся Марсель, забирая из Милкиных рук папку и кладя ее на стол.
– Уже нет, – во все тридцать два улыбнулась она. – До свидания, – бросила Юле и понеслась к себе в кабинет одеваться.
«С такой помпой я еще не увольнялась», – хмыкнула мысленно, лихорадочно кидая в сумку балетки.
Знакомый Фокиной вошел следом.
– Может, не стоило так явно, – пробормотала Камилла. – Татьяну Андреевну сейчас удар хватит.
– Не люблю, когда хамят, – бросил он. – Особенно прилюдно.
