– А вот это целое состояние, - усмехнулся он. – Ничего не тронуто!»
Роман быстро прошел в гардеробную. Придирчиво осмотрел коробки с часами. Ничего не пропало. Дорогие костюмы, туфли ручной работы. Все находилось на своих местах.
«Если бы слоны и ладья, - задумчиво хмыкнул он, - решили меня подставить, то вор бы без труда прихватил с собой что-то более ценное. А раз ничего не тронуто, - сцепив челюсти, протянул он, - то действовал человек, даже не подозревающий о лежащих рядом сокровищах. Тот самый, что вбежал в комнату, схватил первое, что попалось под руку, и удрал.
Мальвина, твою мать, - мысленно рыкнул он. – Пусть весь мир твердит мне о твоей невиновности, но я знаю точно, дорогая, это ты!»
Демьяновский поморщился от горечи, затопившей сердце.
«Если ты так нуждалась в деньгах, почему не сказала? Я бы дал, - промычал он в отчаянии. – Сумма не велика. Вот только как быть с любовью? Выкорчевать ее, к чертям собачьим?»
Роман будто наяву увидел Камиллу, прижатую им к стене, опять почувствовал ее запах.
Чистого тела и жимолости. Вновь ощутил ее тепло и вспомнил, как ждал, когда она обнимет его. Проведет пальчиками по шее, а потом прижмется к груди. А вместо этого получил сумкой по башке.
«Мальвина хренова, - протянул он мысленно. – Она, вероятно, ждала в гости свою сумасшедшую мамашу и ее мужиков с фикусом. А этот лысый в косухе… Где-то я его видел… - задумался лишь на минуту. – Это же Влад Хоук, твою мать, - обалдело выдохнул он и помчался снова в кабинет.
Замер на минуту возле шахматного стола и, достав из коробки серебряного коня, водрузил его между серебряной королевой Камиллой и золотым слоном. - Вот теперь все сходится», - криво усмехнулся Демьяновский и, спустившись в подвал, прошел мимо тренажерного зала в бассейн. Стянул с себя майку и тренировочные штаны, служившие ему пижамой, голяком прыгнул в воду. Поплыл баттерфляем, лихорадочно загребая руками.
«Она не могла… не могла… - билась в башке глупая мысль.
– Нет, это Камилла, - оборвал он сам себя и, нырнув, ушел под воду, желая только одного. Поймать девчонку и разобраться с ней. Запереть в этом доме, и пусть Янхель со своей чокнутой женой теряются в догадках, куда делась их дочь. Залюбить, зацеловать, но выудить признание… - Забудь, - внезапно проснулся внутренний голос. – Просто забудь об этой гадюке. Живи своей жизнью. Позвони Кире или еще какой телке. Поезжай на Мальдивы или на Палау.
