От этого, воспрявшая и сбросившая, после памятного разговора, напряжение Хельга, сияла и лучилась довольством.
Лучшие результаты были у нас с Молчилом. Он, как я и предполагал, проиграл несколько схваток, встретившись на ринге с особо упорными противниками. Против их напора, не помогла ни техника, не превосходство в умениях.
У меня же, хоть и случилась парочка напряженных боев, после которых пришлось серьезно восстанавливаться в капсуле, проигрышей не было. Банковский счет, так же, приятно радовал.
Общая сумма накоплений на нем, перевалила за три сотни тысяч. Начиная с третьего дня, искин многим успешным спортсменам повысил рейтинг, после чего, представилась возможность отвечать на их ставки. Кроме этого, корпорация по прилету на базу, выплатила, по условиям договора 86400 кредов, и добавила премию за тридцать шесть победных боев, в размере 57600 кредов. Итого: 144 тысячи. Сто тридцать, из которых сразу же перевел на списание контрактного долга, оставив в качестве карманных денег, на расходы 14 тысяч кредов.
Кроме этого, организаторы турнира, как и было обещано, персонально мне прислали приглашение на следующий турнир. В формулировке было объявлено, что Григорий Фондекер, по прозвищу Гриш будет выступать под именем Гриш ""Танцующий Змей"".
Когда Хельга сообщила об этом, я поморщился. Прозвище смахивало на детскую кличку, в игре в индейцев. Из серии: ""Парящий орел"", ""Разящий топор"" и ""Соколиный глаз"". В общем, не серьезно, на мой взгляд.
Молчил же, наоборот, услышав, возбудился. Дело происходило в столовой яхты, на обратном пути, когда вся команда, после обеда, обсуждала результаты схваток. Хельга, зная, что я, снова, всю дорогу планирую провести в подключении к управлению кораблем, специально так подгадала, чтобы не повторять для каждого, в отдельности.
Я только приступил к трапезе, когда, зайдя в помещение, она начала совещание. В принципе, многое мне и так было известно, мы с ней часто, в последние дни, проводили вечера за чаепитием и разговором.
Поэтому я, как говориться, слушал в пол уха. Но сообщение о том, какую мне дали кличку (ну не могу я это по-другому назвать), стало для меня сюрпризом. Я, даже, поперхнулся от возмущения! О чем и сказал вслух. Хельга, выслушав мою тираду, рассмеялась, звонким колокольчиком. Ухахатываясь, с кислого выражения моего лица, пояснила, что в принципе, кличка отражает суть.
