Странное чувство — вроде и приятно, а вроде стыдно до ужаса.
— Не жалеешь, что решила быть самостоятельной? — с интересом спросила Тина, видя, что шарики на браслете никак мне не поддаются.
— Нет, — сквозь зубы отозвалась я. — Ничуть. А где Марон? Он точно зазубрил предпоследнюю страницу «Правил поведения на территории дворца крылатых невест?».
— Я бы поставила ему отлично, — фыркнула Тина и добавила, — они ушли часа два назад. Гамильтон хотел найти поваров и объяснить им, что подавать благородному бассету свиные кости в жестяном тазу — верх неприличия.
А Марон хочет найти хоть что-нибудь об империи Штормов. Будет грустно, если вместо где-то как-то подходящих платьев, ты получишь нечто вроде горных накидок с нашитыми камнями.
Фыркнув, я вновь вернула свое внимание браслету. Делия выглядела человеком, который потерял волю к жизни. Да, Тина подлечила ее. Да, рана была несерьезной. Но…
От нелюбимого мужа уезжают в другой город, а не бросаются через море. От чего она бежала? Что ей довелось пережить?
И тот незнакомец, чье лицо совершенно не отложилось в моей памяти, почему он пошел следом за нами? Марон сказал, что он перехватил столько же стрел, сколько и мы.
Но ведь изначально мужчина не хотел, чтобы мы шли туда.
Или он хотел пойти туда один?
Браслет тихо хрупнул и меня погребло под слоем платьев, нижних юбок, платков, чулок и прочей продукции. Так, если здесь есть нижнее белье — на свалку. Что-то, а это я из-под кого-то надеть не смогу.
— А ты упорная, — хмыкнула Тина и помогла мне подняться.
Целый час мы сортировали платья, развешивали на парящие в воздухе манекены и любовались-любовались-любовались.
Мода Штормовой Империи отличалась от нашей не слишком сильно. Корсеты, пышные многослойные юбки, изысканная вышивка — все это было. Но! Были и полностью открытые плечи.
— Это скандально, — выдохнула Тина, когда я примерила синее с серебром платье.
— А мне нравится, — усмехнулась я.
Серебряное шитье перекликалось с моей пепельной косой. Безжалостное солнце выбелило волосы до серебряного оттенка.
Хотя папа, когда находил для меня время, иногда обнажал клинок и, посмеиваясь, говорил, что мои волосы цвета окраинной стали.
Пышные рукава платья подчеркивали тонкие ключицы, корсет туго обхватывал талию, а пышная юбка мягкими волнами спускалась до самого пола!
И прикрывала мои потрепанные туфли, что очень и очень немаловажный фактор.
— Слишком роскошно для повседневности, — я провела ладонью по расшитой ткани, — но ничего проще у Делии нет.
